Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Значит, мое письмо отдали прямо ему? Что ж, он должник моего отца, тот похлопотал за него в одном деле, когда Хевершем был еще совсем молодым человеком. Так что, полагаю, он все сделает правильно, если сможет.

– Правильно для кого?

– Для мисс Маккаллум, разумеется.

– Так значит, вы знаете о ее прошении?

– Да, но без подробностей. Знаю только, что ей обещали уделить внимание. Речь шла о какой-то проблеме с наследством, но обещание не сдержали. Это постыдно! Короли не смеют лгать в таких вещах.

Эрик промолчал.

Было ясно, что обстоятельства этого дела Кларе неизвестны. Но она была женщиной весьма проницательной, так что кое о чем могла догадаться.

– Брентворт, а с чего это вдруг Хевершем стал рассказывать вам об этом?

– Он кое в чем просил моего совета, – ответил Эрик и в общем-то не солгал.

– Что ж, по крайней мере, они наконец-то делают то, что обещали, и разбираются с ее прошением. Надеюсь, вы сумеете помочь. Теперь, когда ее отец умер, бедняжка осталась совсем одна. Пока ей удается прокормиться, давая уроки девочкам, но кто знает, как долго она еще сможет находить эти уроки? Подозреваю, что в конце концов ей придется стать гувернанткой, а это было бы ужасно.

– Немного помолчав, герцогиня спросила: – Так с чем же вы все-таки пришли?

– Я должен просить вас об одолжении, миледи, – пробормотал Эрик.

– Брентворт, вы едва не подавились, говоря это. Полагаю, вам крайне редко приходится просить кого-либо об одолжении. Что ж, я вас слушаю.

– Видите ли, я думаю, что для мисс Маккаллум будет лучше, если ее дело станут разбирать негласно, не привлекая к нему внимания.

– Вы имели в виду… лучше для короля?

– Не выйдет ничего хорошего, если все это обернется салонными сплетнями.

– Брентворт, вы что, пришли сюда просить меня в порядке одолжения держать язык за зубами и никому ни о чем не говорить?

– Я бы никогда не позволил себе оскорбить вас намеком на то, что вы сплетничаете. Меня гораздо больше волнует этот ваш журнал.

Сказать, что герцогиня резко выпрямилась и вся обратилась в слух, – значит, ничего не сказать.

– Журнал? – переспросила она. – Но мы не пишем о мелких стычках по поводу наследства. Разве только… Может, вы имеете в виду, что за этим кроется что-то еще? Скандал или что-нибудь в этом роде – в общем, то, что сможет подпитывать сплетни целый год…

– Вряд ли это настолько интересно. Тем не менее я прошу вас в порядке одолжения воздержаться от любых заявлений об этом деле.