Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я вспомнил, что сальвинорин остается одним из немногих еще не запрещенных психотропных средств, и решил, что мне обязательно удастся где-нибудь его раздобыть. Затем я мысленно сказал себе: «Чаз, не сходи с ума, только этого тебе не хватало: если Лотта узнает, детей тебе больше не видать». Вот какими были мои мысли в метро."

"Когда я поднялся из-под земли навстречу солнечному свету, мой сотовый телефон сообщил, что для меня два послания: одно от сестры, а другое от Марка, и он распространялся о том, что этот его итальянский бизнесмен-гангстер во что бы то ни стало хочет сделать потолок в своем дворце осенью, до начала сезона дождей в Венеции, он как раз ремонтирует крышу и хочет, чтобы восстановление фресок шло параллельно, и не могу ли я освободиться пораньше и отправиться в Италию, он уже обговорил премию, двадцать пять тысяч, если я приступлю к работе с первого числа следующего месяца, и еще двадцать пять, если закончу к Рождеству.

Я сразу же перезвонил и сказал, что согласен, поскольку мне все равно больше не нужно было участвовать в исследованиях препарата.

Шарлотта оставила голосовое сообщение, предупредила, что какое-то время ее не будет, потому что ей представилась возможность отправиться в Африку спасать детей или кого-то там еще, она должна уезжать немедленно, подробностей сообщить не может, потому что сама их еще не знает, но, как она подозревает, ей предстоит тайно проникнуть в одно неназванное, но очень отвратительное африканское государство.

Затем я отправился к Лотте в галерею и сказал ей, что мне придется уехать из города месяца на три, объяснив зачем, и она немного поругалась, однако двести тысяч были весьма убедительным аргументом.

Я вел себя строго, не так как в прошлый раз, чисто деловые отношения, и Лотта сказала:

— Послушай, ты знаешь, что про тебя написали?

В главном зале галереи по-прежнему висели все мои актрисы (кроме Кейт) со священными красными кружками, говорившими о том, что картины проданы, а рядом висела в рамочке статья из «Вилледж войс».

Весьма неплохая. Критик написал, что это не просто постмодернистские изыски, а искренняя попытка использовать традиционные средства живописи, для того чтобы проникнуть в характер, заглянуть под маску славы. И выразил надежду, что я и дальше буду продолжать работать в том же русле. К сожалению, статью он завершил пассажем о том, что Энди Уорхол начинал как коммерческий художник, и смотрите, куда это его завело. Да, смотрите.

Я сказал:

— Очень мило.