Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Простите, полковник Рейс?

– Я хочу сказать, что только убийству будет дана огласка.

– Ой, – Корнелия всплеснула руками, – как хорошо! Я совершенно извелась.

– У вас слишком доброе сердце, – сказал Бесснер и покровительственно похлопал ее по плечу. Рейсу и Пуаро он объяснил: – У нее очень впечатлительная и гармоничная природа.

– Ой, что вы! Вы очень добры.

– Не видели больше мистера Фергюсона? – тихо спросил Пуаро.

Корнелия залилась краской.

– Нет, зато кузина Мари говорит о нем постоянно.

– Похоже, молодой человек благородного происхождения, – сказал доктор Бесснер.

– По его внешности, признаюсь, этого нельзя сказать. Он ужасно одет и совсем не похож на воспитанного человека.

– А вы что скажете, мадемуазель?

– По-моему, он просто сумасшедший, – сказала Корнелия.

Пуаро повернулся к доктору:

– Как ваш пациент?

– Ach, он замечательно держится. Я только что успокоил эту крошку, фройляйн де Бельфор. Поверите ли, она была в отчаянии только из-за того, что у человека подскочила днем температура! Но это же естественно! Поразительно, что у него нет жара.

Он похож на наших крестьян. У него великолепный организм – воловье здоровье. Вол легко переносит глубокую рану – я сам видел. Таков же мистер Дойл. У него ровный пульс, температура чуть выше нормальной. Я сумел развеять страхи этой малышки. Все-таки забавно, nicht wahr?[132] Сейчас она стреляет, а через минуту бьется в истерике оттого, что ему нездоровится.

– Она его страшно любит, – сказала Корнелия.

– Ach! Но где тут здравый смысл? Если бы вы любили человека, стали бы вы в него стрелять? Не стали бы, вы здравомыслящая девушка.

– Я вообще не люблю, когда стреляют, – сказала Корнелия.

– Естественно, не любите. В вас очень сильно женское начало.

Рейс прекратил это беззастенчивое славословие.

– Раз он в форме, я, пожалуй, пойду к нему и продолжу давешний разговор. Он начал рассказывать про телеграмму.

Доктор Бесснер заколыхался от смеха.

– Да, это очень смешно. Он рассказывал мне. Вся телеграмма была про овощи: картофель, артишоки, лук.

.. Что с вами?

Поперхнувшись сдавленным криком, Рейс дернулся со стула.

– Боже мой! – сказал он. – Вот вам: Рикетти!

Все трое глядели на него непонимающими глазами."

"– Это новый шифр. Его испробовали в Южной Африке, когда там были беспорядки. Картофель – это пулеметы, артишоки – взрывчатка и так далее. Рикетти такой же археолог, как я. Это очень опасный террорист. За ним тянется кровавый след, и, разрази меня гром, у нас он тоже отметился.