Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

От женского визга мне заложило уши. Но я был счастлив.

Услышав, как последний враг из напавших падает на пол, я обессиленно сел — ноги больше не держали меня.

У меня дрожали руки. И я увидел, что весь в крови. Но это не имело никакого значения. Я смог защитить дорогих мне людей!

Я усмехнулся. Ещё несколько дней назад я понятия не имел об их существовании, а теперь готов был отдать за них жизнь."

"Мамочки кудахтали вокруг няни и вокруг меня. Старались обходить убитого стороной, хоть это было и не просто — женщинам приходилось прижиматься к стене.

Но и мама Ишико, и мама Юмико переживали за няню, а ещё больше за меня — не ранен ли? Ведь я весь был в крови. К счастью, в чужой.

Потом мама Юмико пошла за водой…

Я забыл её предупредить и с лестницы раздался визг. И тут же стих. А потом послышались причитания.

Казалось бы, чего визжать. Всё уже закончилось. Но вот ведь женщины — человек уже умер, а они пугаются.

Я встал и пошатываясь подошёл к убитому — тому, которого убил последним. Вытащил свою катану из его головы и сказал, глядя на залитое кровью лезвие:

— Ну вот я и напоил тебя кровью моих врагов.

Надеюсь, ты доволен!

Потом сорвал маску с лица убитого мною ниндзя.

Человек мне был не знаком. Я ни разу раньше его не видел.

Осмотрел его и его карманы. Собрал оружие. Кроме него нашёл мешочек с деньгами. Его оружие отложил в сторону, а деньги забрал себе — это моя добыча! Оружие в принципе тоже моя добыча, но деньги — однозначно! Их я не отдам никому! Надоело ходить без денег.

Пошёл осматривать того, который на лестнице. Его лицо мне тоже не было знакомо.

Его мешочек с деньгами тоже прикарманил. А оружие отнёс к первой кучке.

Прежде чем осматривать третьего, подошёл к входной двери и запер её. Пусть будет. А то шастают тут всякие.

Осмотрел третьего. Всё то же самое — лицо не знакомо, деньги себе, оружие в кучу.

Мамочки не вмешивались и ни о чём не спрашивали. Прижались друг к дружке и ходили за мной, как будто боялись остаться в одиночестве.

Когда я направился к двери в подвал, няня Омоко хотела было что-то сказать, но я глянул на неё, и она замолчала.

Обобрав последний труп и убедившись, что я точно так же не встречал этого ниндзя при жизни, я отнёс его оружие в кучу, а все собранные деньги — в свою комнату.

А потом стоял посреди коридора и смотрел на убитого мной человека.

У меня сил оттащить его вниз не хватит. Просить женщин помочь мне я не мог — язык не поворачивался. Не женское это дело, таскать трупы.