Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Двое мужчин держали меня за ноги, а Фаррастан придавил коленом к полу, но не смог снять с меня защитный артефакт-кольчугу. Тогда они начали избивать меня и резать, но им опять же помешал артефакт, они только частично смогли нанести мне вред. От боли я едва ли не теряла сознание. В какой-то момент нападающие были окутаны огненными плетьми, которые я каким-то неизвестным мне образом смогла сотворить для самозащиты. Байяр и Фаррастан смогли вырваться, а остальные были связаны сетью в холле. Затем, избивая, меня оттащили к лестнице, куда Фаррастан столкнул меня пинком.

Предполагаю, что Его Величество видел, что упасть с лестницы мне помогли. Я прошу пригласить в свидетели трёх девушек, которые также находились в холле в момент нападения. И настаиваю на своей невиновности. Я всего лишь защищалась, у меня не было намерения кого-то убивать. Я также прошу обратить внимание на отсутствие мотива. Мы с этими мужчинами даже не знакомы, и у меня не было ни единой причины на них нападать."

"— Ваш мотив нам известен, — выкрикнул один из «пострадавших», — вы хотите лишить Альмендрию цвета аристократии! Вы погубили двух грандов!

— Если цвет вашей аристократии — насильники, то мне искренне жаль Альмендрию.

— ядовито ответила я.

— Тишина! Судьи будут совещаться.

Я удивлённо посмотрела на Ринара, но он был зол и молча стоял, уперев руки в стол и глядя в одну точку. Эддар и Шаритон о чём-то советовались, не глядя на меня. Абсурдность ситуации начинала зашкаливать, неужели они поверят этим россказням?

— Ринар, я говорю правду.

— он стоял, не меняя позы, и я не была уверена, что он меня слышит. Но он тихо ответил:

— Я знаю, Алина.

С души словно камень свалился, я глубоко вздохнула и расслабилась. Ринар знал, что я говорю правду, всё будет хорошо. Он стоял боком ко мне, я могла дотронуться до его бедра, но подавила в себе это желание. Судьи закончили совещание.

— Верховный Судия готов огласить своё решение. Большинством голосов Алина Шиманская приговаривается к смертной казни.

Срок исполнения — завтра на рассвете. Эринар Торманс, вы хотите воспользоваться правом императора на помилование? — последнее было сказано ласково, приглашающе.

— Нет, Ваша Справедливость.

Его слова стали полной неожиданностью. Верховный Судия поднял бровь, несколько человек среди зрителей вскочили со своих мест, а я смотрела только на Ринара. Шок, который меня охватил, сложно описать словами. Я видела, как он снова поморщился, видимо, почувствовал мои эмоции.