Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Более того, в наших архивах нет ни одного документа, подтверждающего, что вы, как утверждаете, работали на нас, нет ни одного вашего донесения из-за рубежа, нет ни-че-го!

– Наверное, мыши съели…

– Петр Алексеевич, вам не надоело паясничать?

– А вам? Или вы действительно думаете, что профессионалы из ЦРУ, забрасывая меня в СССР, снабдили бы меня такой слабой легендой?"

"– А я не исключаю того, что генерал Кубин мог все же быть американским агентом и должен был вас прикрывать. Не могли «профессионалы из ЦРУ» знать, что его арестуют именно в тот день, когда вы явитесь в наше посольство в Мексике.

Вам тогда поверили, Петр Алексеевич, что вы лишь просто решили сбежать на Запад к своему отцу, да и, честно говоря, вам повезло, что на тот момент смертная казнь была отменена. Я ведь помочь хочу, Петр Алексеевич. Вы, наверное, не знаете, что сейчас в связи с обострением международной обстановки идет пересмотр всех судебных решений по вашей статье. И сейчас в нашем законодательстве такое наказание, как смертная казнь, вновь существует.

А посему, как говорится, лишь чистосердечное признание…

– Утяжеляет наказание?

Зорин улыбнулся, выдержав небольшую паузу, выдвинул ящик письменного стола и достал из его недр отпечатанный на машинке листок бумаги.

– Вот тут у меня есть один любопытный документ, – пробежав глазами текст, сказал Зорин. – Рапорт начальника вашей зоны. Он докладывает, что две недели назад была предотвращена попытка побега заключенных…

– Да вы что? – с деланой озабоченностью воскликнул Олейников.

– А куда ж тут бежать? Сплошная тайга.

– Были обнаружены заготовленные продукты питания, теплая одежда. Под стеной четвертого барака кто-то пытался сделать подкоп… Петр Алексеевич, вы ведь в четвертом бараке обитаете?

– В четвертом, – с наигранной радостью согласился Олейников.

– Но вот одна беда, – вздохнул майор, – установить тех, кто замышлял этот побег, к сожалению, не удалось.

– Плохо работаете… – покачал головой Олейников.

Добродушное лицо Зорина вновь стало серьезным.

– Петр Алексеевич, а вы ненароком не знаете, кто готовил этот побег? – произнес он, пытаясь разглядеть в глазах Олейникова хотя бы тень волнения.

Когда Зорин сопоставил данные прослушки посольства США и материалы уголовного дела Олейникова, сердце его забилось так же волнительно, как в ту незабываемую ночь в Нескучном саду, когда во мраке аллей он разглядел подозрительную фигуру незнакомца.