Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Значит, рана до сих пор свежа, несмотря на прошедшие века. Хорошо, это можно использовать.

Видимо, когда сука-рух была жива… Тварью была не меньше. Вот только что мне это даёт?

Астральные пальцы постучали по диску. Жест бессмысленный в духовном плане, но привычный для физического тела. Помогал сосредоточиться, собрать мысли. Информация складывалась в узор, как кусочки мозаики: «Сестра и брат. Борьба за власть. Предательство. Убийство. Возрождение. Месть?..»

«Она нашла способ вернуться. Сильная душа, опасная.

Хорошо, что не почувствовала меня!» — произнёс дух.

Голос дрогнул на последней фразе. Едва заметно, но я уловил. Страх. Настоящий, глубинный страх. Великий хан боится свою мёртвую сестру. Почему? Что она могла ему сделать сейчас, когда оба мертвы? Хм… Нет, скорее, остерегается. Даже теперь, когда он дух, а она — рух, великий хан переживает о мёртвой сестрёнке.

Диск пульсировал неровно. Анализировал, чтобы лучше понимать старого хана. Красные линии стали ярче, глубже.

Они пересекали белую поверхность, как шрамы.

«Беги! — посоветовали мне. — Против её ума, силы ты букашка. Она заняла тело и получила всю власть своей души. Ты ничего не сможешь ей сделать. Пока она не знает, кто ты и о твоём теле, беги, чужак»

Бежать? Интересное предложение от пленного духа своему тюремщику. Явно не из заботы о моём благополучии. Зачем ему это? Хочет, чтобы я оказался подальше от сестры? Или надеется, что в процессе бегства как-то освобожу его?

Букашка? Преувеличивает опасность, чтобы напугать меня? Или она действительно настолько могущественна? Проверим.

Улыбнулся. Вот это настрой! Вот это командная работа! То, что я задумал, сложилось в картинку. Пора приступить.

«Знаешь… — начал говорить. — Твои земли… Они стали меньше».

Давил на самолюбие, на гордость великого завоевателя. На самую болезненную точку для правителя — наследие, которое он оставил после себя."

"«Невозможно! — тут же возмутился мужик.

— Я построил царство, которое не сломить! В моих потомках моя кровь, кровь завоевателя и воина».

Диск вспыхнул с такой яростью, что на мгновение всё пространство залил ослепительный свет. Затем артефакт резко потемнел, почти до черноты, и красные линии сплелись в сложные узоры. Эмоциональная реакция превзошла ожидания. Задел за живое.

«Хочешь верь, хочешь нет, — пожал плечами. — Состояние твоего государства… Скажем так, не очень развитое.