Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Артем замахнулся и со всей силы ударил ножом, пригвоздив ступню к линолеуму.

Боль ослепила. Артем завизжал. Он дернулся, и от этого металл только еще сильнее впился в ногу, раздирая ткани, соединявшие хрупкие надтреснувшие косточки. Артем схватился за рукоять и попытался выдернуть нож. Ему удалось это сделать лишь с третьей попытки. В глазах плавали белые мушки, хихиканье за дверью становилось все громче. Грохот передвигаемой мебели превратился в землетрясение, от которого задрожало все здание.

Раз. Два. Три… Мраморный шар покатился по лестнице.

Раз. Два. Три.

В гостиной заговорили знакомые голоса.

– Поздно, щенок. Теперь ты сдохнешь, сколько ни ковыряйся. Сейчас-сейчас, подожди… Жучок заползет, сердечко закупорится. Будешь знать, как немытыми руками себя трогать.

Артем старался не слушать этот туберкулезный голос. Он полностью сосредоточился на ноге и пытался понять, куда делся жук. Сквозь ослепляющую боль щекотка была почти неразличима, но вот в мизинце что-то шевельнулось…

Артем ударил.

Не кончиком ножа, как в прошлый раз, а лезвием целиком. Фаланги пальцев отвалились, словно куски морковки. Алые ручейки потекли по изгибам линолеума, смешиваясь с уже почерневшей кошачьей кровью.

Жук все-таки убежал. Забился обратно под колено и снова стал трогать нервные окончания своими усиками. Паршивое насекомое дергало за ниточки в ноге, и эта щекотка разливалась по всему телу неприятной волной. Артему казалось, что жук откладывает в нем яйца, чтобы из них вылупились личинки, которые со временем превратятся в таких же тромбов-скарабеев.

Этого Артем допустить не мог, поэтому прикусил губу и воткнул нож себе под колено.

Ему снилось детство. Новенький футбольный мячик. Ириски и лимонад. Журнал с откровенными картинками. Артему нравилось детство, несмотря на то что конфеты и газировку постоянно отбирали. Несмотря на то что мячик лопнул. Несмотря на то что дома ждал пьяный и ругающийся матом отец.

Несмотря на вечный страх и боль…

Опять себя трогал, щенок? Рукоблуд паршивый, я тебе яйца отрежу, предупреждал же? А ну пошли вон все, истерички сраные, хватит визжать, я с ним как с мужиком говорить буду. Видишь нож, паршивец? Еще раз себя тронешь, я этим ножом с тебя кожу сдеру, усек? Ты живешь в моей квартире, здесь мои правила. Извращенца я растить не буду, ясно? Не вздумай больше за нами с матерью подглядывать.