Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Потом подумал - и поцеловал еще раз. В шею.

Диверсия закрепила позиции. Рука мужчины притянула Тома к себе вплотную, предоставляя возможность ощутить всю степень собственной несдержанности.

- Можешь считать меня извращенцем, но разреши хотя бы минуту так постоять.

Вокруг стоял запах можжевельника - геля для душа Далтона. Именно его запах так часто врывался через вытяжку в ванную Томаса. Вода текла по лицу струйками. Омега с затаенной радостью прижимался к теплому любимому телу и сосредоточенно ловил чужой стук сердца.

Это было умопомрачительно. И что бы там ни было дальше - сейчас все было настоящим.

""Не думать"" - приказывал себе Том.

Наблюдать, как о тебе заботятся - теплые тосты с маслом и джемом, сваренный ароматный кофе с корицей. Вкусно, слишком вкусно. Джем стекает по подбородку бордовой дорожкой, капает на столик и остается на пальцах. Улыбающиеся глаза. Том пытается дотянуться до салфетки, но руку перехватывают и пальцы облизывают. У Томаса слова застревают в горле от удивления. А сердце предательски ухает.

- Довольствуюсь малым, - хитро прищуривается Марк, демонстративно облизываясь.

""Кот. Точно кот"", - думает Том.

Надежда...

Томас бесконечно от нее отмахивается, заставляя себя наслаждаться тем, что у него есть прямо сейчас. Кому в этом мире не хотелось бы взаимных чувств? Вот и он не был исключением. Но и в сказки Хейли не верил.

""Даже если это будет всего лишь один день, мне будет достаточно"", - уверяет себя Томас. Осталось убедить в этом собственное сердце. Собственные чувства.

Когда ленивый завтрак в постели закончился, Далтон сам вызвался убирать. А потом вернулся с обещанными подарками.

- Мне посоветовали эти наборы кистей. Говорят, долго прослужат. А акварельные потрясающе нежные. Попробуй, - альфа огладил кисточкой руку Тома.

- Да, они чудесные, спасибо, - Хейли приласкал ворс кисточки подушечками пальцев, наслаждаясь текстурой. - Ты заходил в художественные лавки?

- Их там море. Тебе бы понравилось. Есть фамильные, у которых своя история. И они не меняли своего места расположения десятилетиями.

Атмосфера потрясающая. То же самое и с кофейнями. В следующий раз возьму тебя с собой."

"Марк пустился в длинный рассказ о венских кофейнях и своих попытках разузнать какие-нибудь рецепты, хвастался купленным оборудованием. Том устроился поудобней, подпихнув под спину подушки и принимая то положение, в котором определенное место меньше всего саднило. Но уже через минуту пожалел, что выдал себя вынужденным копошением.