Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Положив трубку, он смотрит на меня тяжёлым взглядом и сообщает:

— Юрий отправил заявление о вашем изгнании в дворянскую палату. Я попросил оттянуть регистрацию и официальное подтверждение. Но это максимум сутки.

— Ничего страшного, — пожимаю плечами.

Только это неправда. По спине пробегают мурашки, желудок сжимается, как кулак. От злости тяжело дышать.

Я бы смог это принять, если большинство голосов оказались бы против. Но ведь это ложь. На самом деле нас приняли. Пусть и не в полном составе, семья решила проголосовать за нас!

Ведь можно считать, что Татьяна тоже была за.

Она сказала «против» лишь следуя долгу жены.

Ладно, к чёрту! Надо работать с тем, что есть.

— Послушай, Александр, — дед кладёт мне руку на плечо и отводит чуть в сторону. — Это потребует усилий, но, как бы сказать… Заявление Юрия может потеряться. А в следующий раз его могут случайно залить кофе или что-нибудь ещё. Понимаешь?

— Понимаю. После пары таких неудач он может перейти к более радикальным способам. Исключит нас с матерью не только из рода, но и из этой жизни.

— В твоих глазах он выглядит каким-то маньяком! — с оттенком возмущения говорит Алексей. — Будь уверен, на такие меры он не пойдёт.

— Как знать. Не стоит утруждаться, ваше сиятельство. Временное изгнание я смогу пережить. Главное — не допустить, чтобы что-то случилось с князем.

— Пока мы сделали всё, что могли. Я буду держать ситуацию под контролем.

— Да, — киваю. — Я тоже.

— Снова поражаюсь твоей выдержке, — Алексей улыбается. — Многие взрослые мужчины на твоём месте впали бы в панику.

— Мне некогда паниковать. Надо работать."

"Остаток дня проходит так же беспокойно, как и его начало.

Мне приходится ответить на десятки звонков. Различные СМИ просят дать дополнительные комментарии. Неизвестные угрожают, требуя заткнуться и перестать общаться с этими самыми СМИ.

Дело рук Юрия, полагаю. Дед Алексей пишет, что он в ярости оттого, что мы дали интервью в прямом эфире.

Звонит Ольга и спрашивает, может ли она чем-то помочь. Увы, нечем.

Звонит даже графиня Белозерская и обеспокоенным тоном спрашивает, как дела у князя.

Не знаю, почему она вдруг о нём забеспокоилась и почему звонит именно мне. Но отвечаю ей то же, что и всем журналистам: идёт операция, прогноз положительный.

Вик сообщает, что нашёл пару надёжных ребят. Бывшие полицейские, он служил вместе с ними. Прошу отправить их к нам, на всякий случай. Раз уж начали поступать угрозы, лучше быть настороже.

Здесь, в больнице, нас никто не тронет, но мало ли.