Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Маленький пистолетик, по размерам не превышающий карманный браунинг, но значительно более убойный…»

– И что дальше?

– Мне показалось, Иван Игнатьевич то ли удивлен, то ли доволен… Он меня попросил на рецептурном бланке написать краткий отчет о проведенном мною взвешивании, расписаться и удостоверить печатью аптеки. Я, разумеется, не отказал и в этой просьбе… Иван Игнатьевич поблагодарил и ушел…

– В какую сторону, вы не заметили?

– Направо. Вот, а вскорости пришел тот господин в котелке, показал мне билет охранного отделения и попросил рассказать, зачем заходил ко мне Иван Игнатьевич.

Я, конечно, рассказал… Он спросил, в какую сторону ушел Иван Игнатьевич… ах, нет, он этого не спрашивал, это вы только что спросили… Простите, память не та… Он просто ушел. Ну, а теперь пришли вы… Право слово, чистой воды авантюрный роман, все это несколько загадочно…

Не слушая дальнейшего, торопливо кивнув старичку, Бестужев вышел. Посмотрел вправо. Как и следовало ожидать, ничего особенного там не увидел.

Ни Рокицкого, ни господина в котелке. Что же, Рокицкого кто-то вел? Очень похоже. Куда он мог пойти? Жандармское управление – в противоположной стороне…

– Молодой человек! – тронул его за рукав старичок. – Я еще кое-что вспомнил. Мы с Иваном Игнатьевичем еще пошутили насчет смысла его имени…

– То есть? – равнодушно спросил Бестужев.

– «Иван» ведь, хотя с незапамятных пор считается исконно русским именем, происходит от греков.

И означает по-гречески «благодать божья». Вот я и пошутил – мол, меня нынче посетила божья благодать, сиречь Иоанн, значит, мне должно повезти… Все крестильные имена наши произошли от греческого…

– Бог ты мой! – воскликнул Бестужев так, что старичок недоуменно отшатнулся. – Какой же я идиот! Конечно, от греческого…

Он наконец-то ухватил ту самую ниточку, что долго ускользала, сложил в воображении мозаику, так долго не дававшуюся. Такое частенько случается: легкий толчок, абсолютно незначительная на первый взгляд фраза или событие – и задача решена.

Конечно, по-гречески!

Уже не обращая внимания на старичка, он быстрыми шагами пересек улицу, громко спросил еще издали:

– Василий, Всехсвятская, восемь, где-то неподалеку отсюда?

– Так точно, – ответил Зыгало. – Во-он, за угол завернуть, улицу перейти – и там он, восьмой, доходный дом купчихи…

– За мной! – крикнул Бестужев, опрометью кидаясь вперед.