Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Официанты сновали вокруг столиков, предлагая напитки, гости прогуливались от стола к столу или просто стояли то тут то там на ухоженной лужайке с бокалами в руках, общаясь со знакомыми и друзьями. Хозяйка дворца, извинившись и подхватив под локоть Кеуту, была занята приглашенными, еще несколько гостей, сидевших за нашим столиком, тоже разбрелись, а Барретт нон-стопом разговаривал то с мистером Чаенгом, то по телефону, но его рука порой лежала на спинке моего стула, и я, иногда откидываясь, чувствовала спиной жар его кисти.

Решив освежиться, я попыталась встать, но почувствовала, как предплечье Барретта немного напряглось, не давая мне отодвинуть стул.

— Я в дамскую комнату… — тихо прошептала я.

Барретт, так и не прерывая беседы с мистером Чоенгом, убрал руку, позволяя мне встать.

Возвращаясь к гостям и проходя через гостиную, я вновь залюбовалась убранством этого дворца, которое поражало своим великолепием. Столько нефрита, мрамора, бирюзы и прочих поделочный камней в отделке я не видела даже в бангкокской резиденции Барретта.

Атмосфера гостиной, пестрившей китайскими вазами династии Минь, старинной резной мебелью и богатыми картинами, скорее напоминала музей в гармоничном симбиозе с современной обстановкой.

Вернувшись к нашему столику, я с грустью заметила, что он был пуст, — вероятнее всего, Барретт с хозяином дома ушли в кабинет, а миссис Чоенг, как и подобает гостеприимной хозяйке, была занята гостями.

В воздухе витал праздник и, несмотря на легкий ветер, стоял сладкий аромат цветов и пряных специй, а я, поудобнее разместившись на стуле, с наслаждением наблюдала за ярким красочным представлением теперь уже огненного шоу.

Внезапно мой локоть кто-то потянул вниз, и я резко опустила голову. На меня смотрели карие глаза, немного раскосые, как у всех азиатов, смотрели с любопытством и настойчивостью. Передо мной стоял мальчик лет трех, не больше. Круглые щёки ребенка были румяными то ли от загара, то ли от красного леденца, кончик которого был виден в его зажатой ладошке.

— Малыш, ты чей? Где твоя мама?

Я подняла взгляд, пытаясь отыскать в шумной пестрой толпе родителей ребенка, и увидела неподалеку невестку Чоенгов в окружении гостей, которая кивала мне в ответ. Я улыбнулась, давая понять, что ребенок под моим присмотром и перевела взгляд на мальчика.

— Как тебя зовут? — спросила я, но малыш, не понимая английского, лишь что-то пролепетал по-тайски и отрицательно покачал головой, а в следующую секунду поднял руки к краю стола.