Девичьи грезы читать онлайн

К счастью, госпожа Тьяна догадалась сохранить насекомое, а не выбрасывать, моя сестра обезболила ногу, чтобы госпожа Тьяна смогла выйти на сцену, а профессор Клодетт тщательно осмотрела повреждённую стопу и вытащила оттуда все остатки отломившихся шипов.

— Завтра наша гостья будет в состоянии танцевать. Может быть, с осторожностью, но — у неё получится опереться на ногу, — сказала Клодетт.

— Это хорошо, — кивнула госпожа Арианна. — Но откуда взялась эта гусеница? Она не могла сама забраться в обувь и там скончаться?

— Исключено, Арианна, — холодно сказала Марион де Саваж.

— Патрик? — госпожа Арианна повернулась к менталисту.

— Я осмотрел ту самую туфлю, и гусеницу осмотрел тоже.

— Ты уверен? — нахмурилась госпожа Арианна.

— На всякий случай ту туфлю ещё осмотрела Лина Дюваль. Я слышал, ей доверяет господин министр и кто-то ещё подобного же статуса, — усмехнулся Патрик. — И она здесь, если что.

— И она согласна с тобой?

— Вполне.

— Зови, — согласилась госпожа Арианна.

Ещё бы министр внутренних дел не доверял собственной дочери! И только не хватало, чтобы эта их частная история дошла совсем до верхов!

Лина Дюваль появилась и поздоровалась, и села рядом с Патриком.

— Так что там, молодые люди? — поинтересовался Саваж-некромант. — Мы умираем от любопытства.

— Флоранс Веро, — пожал он плечами.

— Что? — вот так просто? — Но откуда они взяли эту… мерзость? Это ведь приличные девушки, Жоли, ты ведь мне их рекомендовала, — госпожа Арианна была обескуражена.

— Да, это дочери моей кузины, — сказала Жоли. — И я думаю, им нужнее это третье место, чем каким-то там приезжим неизвестно откуда, из такого захолустья, какое даже и выговорить-то не получается!

— Наверное, в таком случае дочерям вашей кузины следовало лучше готовиться? А не травмировать ноги соперницам? — Саваж-некромант сладко улыбнулся.

"— Но они не использовали магию! — сказала Жоли.

И в этом Арианна была с ней согласна. И множество зрителей тоже согласятся — эффект видели все.

— А вот тут позвольте высказаться мне, — сказал Жак де ла Мотт.