Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ему удалось приобрести те пять процентов акций, которые принадлежали нашей работнице.

Мейсон нахмурился:

— Зачем? Он что, хочет влезть к вам в дело?

— Поначалу я так и подумала. Когда он сегодня предъявил сертификат, чтобы я зарегистрировала передачу ему этих пяти процентов, он даже пошутил насчет немого партнерства, но теперь я думаю, что у него гораздо более зловещие планы.

— Продолжайте.

— Чуть больше года назад моя сестра вышла замуж — полтора года, если быть точной.

— Кто ее муж?

— Роберт К.

Лоули.

— Чем он занимается?

Она сделала короткий жест рукой, выразительнее всех слов говоривший об ее отношении к Бобу.

— Он управляет капиталом моей сестры.

— Этого капитала достаточно, чтобы нагрузить его работой?

— Было достаточно, когда он начинал.

— Насколько я понимаю, под его руководством дела пошли менее успешно, — улыбнулся Мейсон.

— Вы правильно понимаете.

— А что об этом говорит ваша сестра?

— Примерно год назад у Карлотты начались боли в сердце. К врачам она обратилась гораздо позже, чем следовало бы.

Несмотря ни на что, она, как одержимая, продолжала заниматься делом, и когда в конце концов ей все-таки пришлось сдаться, болезнь оказалась изрядно запущенной. Врач говорит, что теперь потребуется долгое время, прежде чем она сможет вернуться к нормальной жизни. И на протяжении всего периода лечения ей абсолютно нельзя волноваться или нервничать.

— Она знает об истинном состоянии ее финансов? — спросил Мейсон.

— От души надеюсь, что да, — с чувством произнесла Милдред Фолкнер.

— Но вы ее никогда об этом не спрашивали?

— Мы вообще избегаем говорить о ее муже. Мне он никогда не нравился. Карла считает, что я предубеждена против него.

— Она его любит?

— Боготворит. А он достаточно хитер, чтобы поддерживать в ней это чувство. Ей ведь много не нужно: чуть-чуть лести, маленькие знаки внимания — этого вполне достаточно для любой женщины. Ну, вы знаете, как ведут себя мужья богатых жен. Стыдно, конечно, что все другие не могут усвоить этого простого правила, но похоже, только те, кто каким-то образом наживается на этом, берут на себя труд ухаживать за своими женами.

— Я вижу, вы с самого начала не одобряли этот брак.

— Разумеется, не одобряла. Я всегда считала Боба размазней, обманщиком, охотником за легкими деньгами.

— И это ему, видимо, известно?

— Известно. О, мы всегда пытались соблюдать приличия. В общем и целом, уживались мы неплохо.