Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ведь попугаи иногда…

— Простите, мистер Мейсон, я еще не все рассказал. У Казановы на правой лапе не хватало одного когтя. У этой птицы все лапы целые.

Мейсон понял, что Чарльз Сейвин говорит правду.

— Вы хотите сказать, что кто-то подменил попугая?

— Более того, я думаю, попугай играет гораздо большую роль, чем это кажется с первого взгляда. Не сомневаюсь, что в момент убийства в домике с отцом находился Казанова. Возможно, хоть это и покажется вам нелепым, он каким-то образом мог об этом если не рассказать, то как-то высказать свое отношение… вот его и заменили другой птицей.

— Убийце было бы гораздо проще убить попугая.

— Я это понимаю. И, возможно, не прав. Но никакого другого объяснения этому факту я не смог найти.

— Почему вы не сказали полиции про попугая?

Сейвин покачал головой. Он уже не пытался скрыть усталость.

— Я не особенно верю, что полиция найдет убийцу отца. Мне кажется, им просто не по зубам такое сложное преступление. Не сомневаюсь, вы обнаружите какие-нибудь новые факты, если внимательно ознакомитесь со всеми деталями убийства.

Я рассказал полиции только то, что посчитал необходимым, не делясь своими соображениями и наблюдениями. Сообщая вам об этом, я надеюсь, вы не пойдете с ними в полицию. Пусть они работают самостоятельно. — Поднявшись и взяв шляпу, Сейвин дал понять, что разговор окончен. — Большое вам спасибо, мистер Мейсон. Теперь мне как-то свободнее дышится, зная, что вы выслушали меня и взялись за дело.

Глава 2

Перри Мейсон расхаживал по кабинету, на ходу бросая отдельные замечания Полу Дрейку, который по своей привычке уселся поперек кресла, перекинув длинные ноги через один подлокотник и навалившись спиной на другой.

В руке у него была записная книжка и авторучка, которой он иногда делал пометки.

— Подмененный попугай — тот ключ, о котором не знает полиция. Птица знает крепкие выражения, как мне сказал Чарльз Сейвин. Позднее выясним, почему прежнего попугая подменили этим сквернословом. Ну, а пока надо узнать, где раздобыли нового попугая.

Это не должно быть особенно сложным. Надеюсь, мы не будем соперничать с полицией.

— Что в отношении женской розовой ночной рубашки? — спросил Пол Дрейк. — Будем что-то предпринимать?

— Ничего. Не сомневаюсь, что в ночную рубашку зубами и ногами вцепилась полиция. Скажи, Пол, что тебе вообще известно об убийстве Сейвина?

— Чуть больше того, что напечатано в газетах. Один из моих приятелей журналистов выспрашивал меня об оружии.