Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Она сказала вам это?

– Да.

– Она доверяет вам до такой степени?

– Да.

– А почему этот неизвестный дает деньги?

– Не могу ответить. Приходится только догадываться. Мне кажется, вся стратегия в целом неверна. Очевидно, что этот неизвестный благодетель не может допустить, чтобы в деле фигурировало его имя, как очевидно и то, что он полностью убежден в непричастности к ограблению Колтона Дюваля. Убежден не меньше, чем я. Он хочет вытащить Дюваля из-за решетки. Покуда власти считают, что деньги похитил и спрятал отец Арлен, и покуда он не признается в этом, они будут держать его в тюрьме.

Но, однако, стоит им почувствовать, что дочь Дюваля эти деньги нашла – а власти, не забывайте этого, мистер Мейсон, нисколько не сомневаются в виновности Дюваля – и начала их тратить, то повод и дальше держать отца в камере отпадает.

В таком случае власти могут посчитать дальнейшее содержание Колтона Дюваля под стражей нецелесообразным и выпустят его с расчетом, что отец с дочерью все равно рано или поздно, но как-нибудь договорятся.

Их следующим шагом будет засечь Дюваля тратящим пропавшую наличность, заставить отчитаться – где взял и от кого, а затем прервать его досрочное освобождение. Дочь при таких обстоятельствах можно будет привлечь как сообщницу, и вот тогда-то появится шанс возвратить похищенные деньги. Таков, по моему разумению, ход мыслей неизвестного финансового покровителя Арлен. Он считает, что таким образом положил наживку в капкан, и ждет, когда в капкан попадутся те, в чьей власти отпустить Дюваля досрочно на поруки.

– Я не склонен согласиться с таким ходом рассуждений, – заметил Мейсон.

– И я тоже. По-моему, это какая-то ослиная прямолинейность, которая запросто может обернуться против ее же инициатора. Я спорил с Арлен, много спорил. Но, несмотря ни на что, она не желает нарушать данного обещания, не хочет подвести таинственного друга и говорит, что намерена следовать его указаниям по меньшей мере полтора года.

– Вы верите в эту историю?

– Да, сэр. Не сомневаюсь ни в едином слове. И только лишь потому, что это говорила Арлен.

– А если бы это вам рассказал кто-либо другой, в ком вы не так сильно уверены и кто не представляет для вас такого, давайте скажем романтического, интереса, не показалось ли бы вам тогда, что все это совершеннейший абсурд?

– Возможно.

– Какие-нибудь догадки, кто это может быть?

– Я думаю – это служащий банка.