Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Чуть дальше, за монументом четырнадцатого июля и «Башни часов», ныне здания Верховного суда Ирака — строилось новое, рассчитанное на долговременную осаду посольство, оно имело отдельную стену, отдельный периметр безопасности и собственную вертолетную площадку.

В посольстве он был всего один раз — людям, подобным ему, делающим грязную работу дорога в посольство закрыта, тут постоянно шныряют журналисты и недалеко для утечки информации. Но он все же был здесь, когда только приехал — и отметил, что изменилось здесь мало.

Те же контейнеры и мешки с песком на периметре, те же морские пехотинцы снаружи и сотрудники ДСС, дипломатической секретной службы внутри. Короткие автоматы, настороженный взгляд. Некоторые окна наспех заделаны, чем попало — не выдержали, даже оклеенные специальной пленкой. Народ в посольстве самый разный, многие — с охраной даже в здании посольства, причем частной. Обнаглели совсем…

Они спустились в подвальное помещение, там предъявили документы стоящему на посту (последняя линия обороны, можно сказать) сотруднику Дипломатической Секретной Службы.

Тот придирчиво проверил документы каждого, отсканировал их, только потом открыл массивную, взрывобезопасную дверь, ведущую в помещения, занятые силами безопасности. Этот сектор посольства, первоначально планировавшийся как бомбоубежище и safe house, особо прочное укрытие, если Саддам обезумеет до того, что пошлет войска штурмовать американское посольство — теперь занимали сотрудники ЦРУ, МБР — министерства безопасности Родины и многих других служб и организаций, расплодившихся на злачных пажитях GWOT — глобальной войны с терроризмом.

"На закрытой территории — было тихо, работали кондиционеры, людей по коридорам немного, в военной форме — нет почти никого. На дверях, тоже защищенных — таблички с номерами, что они означают — знали только местные, остальным этого было знать не положено. Здесь, как и наверху, в «легальной» части посольства — в коридорах машинки для уничтожения документов, обычный признак любого правительственного учреждения после событий 1979 года в Тегеране.

Их Вергилий[2] ориентировался здесь хорошо, он безошибочно нашел маркированную кодом дверь, открыл дверь с помощью карточки доступа и отступил в сторону.

Внутри — обычная комната, только без окон. Большой стол, еще один — с прозрачной, подсвечиваемой изнутри столешницей, чтобы рассматривать спутниковые снимки, два операторских места с мониторами.