Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Как скажете, – слышу в ответ, и машина резво трогается с места.

– Спасибо, – шепчу пересохшими губами и откидываюсь на спинку сиденья, прижав к себе дочь.

Боковым зрением замечаю фигуру Дмитрия. Он, хромая, бежит за такси. Отстал. Закрываю глаза.

Пустота в груди смешивается с болью. Зачем я успела влюбиться в чудовище? Так сильно, что теперь дышать не могу…

Телефон звонит. Дима.

Отключаю его совсем. Не. Мо. Гу.

– Куда едем? – спрашивает водитель.

– Куда–нибудь подальше… Ой, – спохватываюсь через некоторое время, вглядываюсь в темноту за окном с целью определить где мы, – в город, пожалуйста, на Площадь Советов, там покажу.

– Понял вас.

Всю дорогу кроме тихого урчания мотора в салоне не произносится ни звука. Мое лицо заливают слезы, а в груди невыносимая боль.

31. Готов, чудовище?

– Дмитрий –

– Лена! Стой!

Сбежала!

Отступилась? Отказалась от своего чудовища?

Не–ет, тут что–то другое.

Жаль, не успел остановить. Не успел сказать, что ничего у нас не меняется.

Меняется! И все равно это ничего не значит!"

"Машина скрывается за поворотом. Надежда, что Лена одумается и вернется, лопается как мыльный пузырь. Набираю ее, гудок, второй.

– Возьми трубку! – ору вне себя. – Лена, возьми эту чертову трубку!

Скидывает. Еще набираю. Не абонент.

Мобильный в руке жалобно хрустит. Черт! Черт! Черт! Надо было догадаться, что Лена не будет спокойно ждать, когда Юля уйдет первая.

Юля. Млять. Отмотать бы пленку с ней назад до… до чего? До аварии или еще дальше – до встречи? Уже без разницы.

Разгрести бы то, что имею.

Ребенок. Юля уверяет, что беременна. От меня. Справку в руки сунула. Подготовилась.

А я не готов! И вообще не уверен, что она говорит правду, потому что многое у нас было построено на лжи. Не многое. Все!

Пытаюсь вспомнить когда последний раз спал с Юлей.

Не помню!

Лена, моя белокурая красавица, полностью стерла прошлое. Ее помню с первой встречи. Каждое слово, взгляд, жест. А Юлю нет! И тем более стерт момент, когда не предохранялись…

Возвращаюсь в дом матери злой как черт на всю эту ситуацию.

За то, что не мог просчитать все наперед. За то, что столько времени не видел в бывшей стервозность, алчность и лицемерие. За то, сейчас что хочется крушить все вокруг, но понимаю, что проблему это не решит.

Юля сидит за столом на кухне. Довольная, улыбчивая, фальшивая насквозь. Мать молча ей чай подливает. Ники нет, с ней я позже поговорю. Удружила родственница.