Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– О, вот как? Боже, Ровена, сколько же ему пришлось заплатить? Как, ради всего святого, мы с ним расплатимся? Отец не может, ты ведь знаешь.

– Все будет улажено позже, Джейн.

– Но мы будем должны ему всю жизнь! – Джейн вдруг бросила на Ровену долгий, проницательный взгляд. – Что-то за всем этим кроется. Да, я уверена, что так и есть, за этим стоит нечто большее, чем то, что на поверхности. Так что, пожалуйста, не говори мне, Ровена, что мистер Сирл полез в подобные опасные дела исключительно из-за своего доброго сердца или потому, что он считает своей обязанностью спасать всех юных леди, попавших в беду.

– Я тебе уже рассказывала. Я обманом проникла к нему на корабль. Так вышло, что он пустился в погоню за Джеком Мейсоном, и заодно согласился помочь мне.

Джейн улыбнулась и отвернулась. Если Ровена не видит, что чувствует к ней мистер Сирл, то она, должно быть, слепа. Для Джейн это было ясно как день, хотя он и старался скрывать свою любовь изо всех сил.

– Кажется, мне нравится этот твой мистер Сирл, Ровена.

– Он не мой мистер Сирл, Джейн, и никогда им не станет. Не забывай, что я помолвлена с лордом Трегованом.

Джейн взяла ее руку и нежно сжала обеими ладонями.

– С тобой все будет хорошо, Ровена. Все уладится – так же как и в моем случае. Ты мой самый дорогой и самый любимый человек на свете. Как я счастлива, что у меня есть такая сестра, как ты!"

"Они мчались к Сале. В какое-то мгновение Тобиас оглянулся на Ровену и поразился произошедшей в ней перемене.

Ее глаза блестели, она улыбалась, приоткрыв губы, сверкая белыми зубами. Он был очень рад видеть, что к ней вернулись ее решительный настрой и неукротимая сила духа, которые поддерживали ее все те долгие недели, пока они добирались до Мекнеса. Она так и лучилась здоровьем и счастьем. Она была загорелой и ловкой, как разбойница.

Заметив его взгляд, Ровена горделиво выпрямилась. Тобиас так и пожирал ее глазами, словно впитывал ее в себя, ибо нуждался в ней больше, чем в воде. Господи, вдруг подумал он, чувствуя, как закипает кровь и напрягается его мужская сила, до чего же она красива.

Он знал многих женщин, которые владели искусством доставлять мужчине утонченное наслаждение, умели правильно двигаться, ласкать мужское тело именно там и тогда, когда нужно. Но все они могли послужить лишь для быстрого удовольствия.

Та, на кого он смотрел, была сильной, обладала стальной волей и была крепче и неприступнее, чем все горы и скалы мира.