Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лакомка, конечно, изготовила уникальный рецепт, но его необходимо доработать, иначе вакцина выйдет чудовищно дорогой и с небольшим сроком годности, да еще и с возможными побочками. Люди разные, и для того, чтобы лекарство стало универсальным, необходима многократная обработка ингредиентов. Ладно, я не буду вдаваться во все подробности, скажу только, что здесь много нюансов, и их как раз должна учесть команда Киры.

Во время совещания главный заведующий лабораторий позволяет себе спросить:

— Простите, Данила Степанович, но я не я буду, если не спрошу.

Как вы смогли найти столь работоспособный состав? — взволнованно поправляет мужчина очки. — Это же десятилетия экспериментов!

— Вы правы — десятилетия, если не столетия. К счастью, эволюция и природа могут себе их позволить, — улыбаюсь. — Аномальные звери давно лечатся от смертельных у нас болезней, а мне как телепату повезло прочитать в их памяти эту информацию.

— Это действительно серхудачное совпадение, — ликует аптекарь.

А я даже не соврал. Лакомка ведь, правда, взялась из Аномалии, да и в зверя она очень даже способна обращаться. Особенно в постели.

Через пару часов я наконец уезжаю к себе в гостиницу. Общение с аптекарями вышло нелегким, мозг порядком напрягся, переваривая тонкости фармацевтической работы, но в целом я доволен. Главное, что исполнители компетентные и знают, что делают. А Кира уж проследит за ответственным выполнением их работы. Начальство в виде некромантки — это хороший стимул.

Не думаю, что кто-то из аптекарей хочет превратиться в нежить.

В номере я переодеваюсь для прогулки. Вчера с мной связалась Маша Морозова. Княжна уже откуда-то прознала о моем награждении и захотела встретиться. Далеко же тянутся руки Морозовых. Что ж, не стоит отказывать княжне без причины.

Когда мы встречаемся, невольно любуюсь фигурой брюнетки. Давненько я не видел Машу. За несколько месяцев она еще больше похорошела и из юной девушки практически превратилась в молодую женщину.

Мы с княжной проводим вечер в том же кафе, в котором сидели в первый день нашего знакомства. Брюнетка щебечет о том, о сем, а потом неожиданно вставляет:

— Даня, еще одна малоприятная новость. Паскевич Дима вернулся из пограничья, — вздыхает тяжко. — И не думаю, что у свирепых ханьцев он научился доброте.

— Почему же? — улыбаюсь. — Вряд ли он горит желанием вернуться на заставу, значит, всё возможно.