Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Самоуверенности Женьки можно только позавидовать, и мне кажется, что он ничуть не удивлен, услышав такое признание. Конечно, очередная дурочка запала на него, оценила наипрекраснейшее тело местного Эроса.

Глаза Юсупова приобретают кровавый оттенок, когда Алина, трясущимися губами говорит, о симпатии к лучшему другу отца и просит одобрить их брак.

— Эээ… Нет! — вклинивается Росс. — Детка, я плохой человек, — хочет остудить пыл потенциальной невесте, — в меня нельзя влюбляться!

Подруга начала было возражать, ей же лучше знать, какой мужчина на самом деле, однако Женька, как порядочный гавнюк, решает испариться.

Он быстро шагает к двери, оставляет за собой неосязаемый шлейф закоренелого холостяка. Замечает меня, на ходу подмигивает глазом.

Я понимающе вздыхаю, перебираю ногами к парочке Юсуповых.

— Ты слышала это?! — возмущается Руслан, рукой указывает на дочь.

— Всем хочется любви, не надо ругаться, — отвечаю, встаю на защиту нашей сиротки.

— Значит так? Ладно… — хрипит, смахивает со лба пот, — найдем тебе мужа, нормального грека, — смотрит на Алину.

— Росса хочу…

Хочу. Еще бы сказала, вожделею.

Думаю, Алине вскоре придется научиться подбирать слова при общении с Юсуповым.

Надвигается семейный ураган, ведь папаша, на крохотную долю секунды замолкает, а затем, яростно начинает вправлять на место мозг, взбунтовавшейся дочери. Про пестики и тычинки, конечно, не объясняет, однако твердит о сексуальной нравственности.

Ну-ну, Юсупов, кто бы говорил… Я прекрасно помню ту ночь в отеле.

Упрекает за все прежние глупости Алины, благодаря которым чуть не случилась беда.

Это надолго, поэтому хочу покинуть дорогих людей. Будто приведение подкрадываюсь к холодильнику, достаю привезенное доставкой блюдо и так же бесшумно возвращаюсь в свою комнату. Утоляю голодный инстинкт и зависаю у окна.

До сих пор не могу представить, что уже завтра наступит новая жизнь. Я доверяю Руслану, но все-таки очень сложно морально, вот так взять, перечеркнуть прошлое, опуститься в омут с головой и улететь в совершенно незнакомую страну.

Он хороший отец, надежный, из разряда тех людей, за которыми как за каменной стеной.

Рефлекторно поглаживаю живот, скоро я тоже познаю, всю прелесть родительства.

Начинает клонить в сон, плюхаюсь на кровать и по самую шею укутываюсь теплым одеялом. Не знаю, сколько прошло времени, но горячие губы на моем виске заставляют вздрогнуть.

— Разбудил? — шепчет Руслан.

— Почти нет, — еле слышно бурчу в ответ.