Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я убрал руки, чувствуя, как тело налилось свинцовой тяжестью. А Катарина шумно вздохнула и открыла глаза. Грот вздрогнул от криков и смеха. Больше того, русалки стали аплодировать. Я человек не честолюбивый, но, честно говоря, на душу словно елей разлили, как сказал бы бес. Всегда приятно, когда результаты твоих трудов ценят.

— Рубежник, Матвей… — подплыла к самому берегу Вера.

— Замолчи! — прикрикнул на нее я, чем разрушил всеобщую атмосферу праздника.

Прочие русалки смотрели на нас с явным непониманием.

Ну да, только что тут было хорошо и весело. Рубежник спас их подругу, а теперь чего-то ругается. Полный неадекват. А что вы думали, нормальный бы сюда поперся?

Но меньше всего мне хотелось «повыситься» на глазах всех этих девиц. С таким же успехом можно было встать перед Подворьем с транспарантом: «Качаю хист на ваших 'спасибо». Мне почему-то казалось, что русалки не отличаются умением хранить секреты. По крайней мере, я не видел ни один фильм, где русалка была бы шпионом или двойным агентом.

А это о многом говорит.

— Отвези меня обратно, — уставшим голосом сказал я. — Потом поговорим.

Русалке хватило мудрости не обижаться и не задавать ненужные вопросы. Будь она чуть более живой, я бы даже рассмотрел ее в качестве моей супруги. Вера лишь помогла мне спуститься в воду и устроиться у нее на спине.

Объятия русалки после холодного грота можно было сравнить с горячей банькой, в которую ты врываешься из дождливой и промозглой действительности. Более того, мне искренне не хотелось расставаться с ней.

Я с ужасом подумал, что было бы, поцелуй она меня тогда? Ответ — ничего хорошего.

Правда, такого сильного сексуального возбуждения, как по пути сюда я не испытывал. Если бы Вера спросила почему, я бы сказал, как есть. «Извини, дорогая, так вымотался на работе. Давай лучше уложим детей и просто фильм посмотрим».

Доставила меня русалка на то же самое место. Я, дрожжа, вылез на берег и торопливо стал одеваться. Вот же гадство, как холодно-то! И только потом запоздало обернулся к русалке.

За самым главным.

— Говори, Вера, что хотела.

— Странный ты, Матвей, — серьезно посмотрела она на меня. Правда, тут же морщина на переносице разгладилась. — Но все равно благодарна я. Спасибо тебе. Катарина для меня, как…"

"Звуки смешались в один, а мое несчастное тело выдернуло к небесам. Почти к самой луне, которая продолжала ослепительно сверкать.

Только спустя какое-то время я запоздало ощутил боль в спине.