Итак, каким будет ваше положительное решение?
Минуту два юриста глядели друг на друга, затем один из них с явным усилием произнес:
— Сумма залога назначается в три тысячи рублей, освобождение вашего клиента будет произведено на следующий день от внесения оного.
— Благодарю-с.
Победная усмешка столичного адвоката, и особенно его вежливый кивок на прощание, смотрелись сущим издевательством — но Федор Ардалионович стерпел. Выждав пять минут, он поднялся, закрыл кабинет на ключ, и плюнув на субординацию и служебную дисциплину, снял форменный вицмундир и ослабил удавку воротника.
После чего сел обратно за стол, обхватил голову обеими руками, и уставился неподвижным взглядом на толстую серо-синюю укладку. Вроде дело насквозь ясное, без сложностей и неясных моментов: воры полезли в вагон, попались сторожам. Их слегка помяли, чуть попугали, и совсем было собрались сдать на руки полиции — но в процессе задержания одного из них пристрелили. По неосторожности, тут даже и сомнений быть не может.
Все просто и ясно, как божий день. Всем, кроме жандармов. Эти, обычно весьма занятые господа, появились с похвальной скоростью, и тут же стали выяснять — а для чего это ворам понадобились лезть в вагон, в котором полторы тысячи новомодных дробовиков-""помповушек"", сотня винтовок и пять тысяч самозарядных пистолетов? Уж не бунт ли кто умышляет? Или покушение на кого? А на кого именно? А кто еще участвует?! А если хорошенько подумать и все же вспомнить? О! Замешаны полицейские чины, и кое-кто из железнодорожников! Превосходно! Гм, ну то есть, очень и очень печально.
Это же натуральнейшее преступное сообщество получается, причем с крайне неясными целями! Надо бы копнуть поглубже, уточнить фамилии сочувствующих, выяснить всех сопричастных…
— Неясными! Да чего уж тут неясного, не понимаю!"
"На взгляд опытного следователя, имело место быть обычнейшее воровство. Правда, надо это признать, по довольно-таки сложной схеме.
Воришки по наводке подкупленного железнодорожника вскрывают нужный вагон, и забираются внутрь. На перегоне выкидывают часть товара в заранее оговоренном месте, а потом и сами сигают, вслед за ним. На следующей станции другой подкупленный железнодорожник заново пломбирует вагон и все шито-крыто. Довольны воры — работа легкая, навар с нее большой. Улыбаются перекупщики, продающие украденное еще до того, как его хватятся и объявят в розыск.
