Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Шайн и Айк находившиеся по краям композиции, как раз ближе всего к кровати, тут же поднялись на ноги и, шагнув вперед, подали ей руки, чтобы их госпожа могла опереться, поднимаясь.

Остальная часть рабов так же грациозно поднялась с колен на ноги. У Кэйтайрионы всегда дух захватывало, насколько красиво получалось у ее парней проделывать такой маневр — особенно таким бруталам, как Гейн или Кьйос.

Хорошо, что ее уже крепко держали, иначе она бы точно упала обратно в кровать, изнывая от приступа безудержного смеха.

Очевидно, в качестве подарка, все ее мужчины были полностью обнажены. На шеях парней красовались белые полоски ткани, имитирующие воротнички рубашки с обязательными черными бабочками, подчеркивающими торжественность момента. А на гордо торчащих стволах парней были повязаны красные бантики, до того нелепо, смешно и в то же время трогательно передающие атмосферу праздника, что Кэйт простонала:

— Так нечестно, мальчики, как же я выберу самый лучший подарок? У меня просто глаза разбегаются…

Айкейнури уже беззвучно трясся, опасаясь рассмеяться вслух, полностью уверенный, что чтобы девушка не говорила, все равно она выберет его.

Шайн, наоборот, старался внимательно вглядываться, чтобы уловить малейший оттенок настроения любимой — понравился ли ей экспромт? Оценила ли она шутку-признание в любви и преданности?

А Кэйтайриона, и в самом деле не знала, на ком из парней задержать взгляд…

Хорошо, что ее от непростого решения спас родной братик, пришедший поздравить, и чуть не обалдевший от представившегося зрелища…

— Э… эм… моя госпожа… с днем рождения… простите, если я помешал…

А на хитрой моське уже читалась напряженная работа мысли.

Кэйт поманила братишку, позволила себя обнять, и поцеловала в нахально подставленные губы. Эйли правильно рассчитал — сегодня она простит ему эту вольность.

— Госпожа, — с придыханием попытался он отвоевать еще немного поблажек, опускаясь на колени, скользя ладонями по ее бедрам, — а можно я тоже разденусь?

— Эйли! — одернул Гейн и ехидно добавил, — у тебя бантика нет, так что не примазывайся, жулик…

— Уууу, боишься конкуренции, — обиженно огрызнулся парнишка.

— Нет, золотко, просто ты единственный, кто из мальчиков остался в штанах, может быть, ты как раз и сходишь за моим завтраком? — взъерошила девушка светлую макушку.

— Но, госпожа… конечно схожу, — вздохнул парень, просительно заглянув в глаза. Близость сестры, так ни разу и не позволившей себе поиграть с ним, будоражила юную кровь.