Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Через некоторое время я наслаждался журеком – горячим супом на хлебном заквасе, поданном мне в тарелке из хлеба, из которого предварительно удалили мякиш. На второе я взял говяжье филе в грибном соусе, хрустящую квашеную капусту и жареные колбаски, остроту которых я с удовольствием запивал холодным свежим пивом из тяжелой стеклянной кружки. Эх, сюда бы еще сто граммов холодной водочки! Но нельзя. Вот после дела можно будет и расслабиться.

Вообще-то традиционные польские блюда очень калорийны и очень вкусны. А так как я регулярно посещаю спортзал, то могу себе позволить не беспокоиться из-за страха набрать пару лишних килограммов.

Впрочем, несовместимость полезности с удовольствием давно всем известна, и это касается не только еды. Не мной придумано, что все приятное либо вредно, либо аморально, либо незаконно.

Позавтракав, я погулял еще немного по городу и направился на встречу с Войтеком. Им оказался седоволосый толстяк лет пятидесяти, который встретил меня настороженно, но, убедившись, что я именно тот, за кого себя выдаю, подробно объяснил мне суть заказа, ответил на все вопросы и дал адрес дома, в который мне предстояло проникнуть.

Расставшись с наводчиком, я поехал сам осмотреть объект, потому что в таких делах привык доверять только своим глазам. По словам Войтека, хозяин особняка улетает завтра вечером, оставляя дом без надзора, если, конечно, не считать сигнализацию. Ну что ж, у меня есть еще два дня на экскурсию по городу, и я не собирался их тратить на бессмысленное просиживание в номере.

Повесив на шею фотоаппарат, я отправился на пешую прогулку. Варшава, конечно, далеко не Краков, но и тут есть на что посмотреть. Исторический центр я обошел буквально за два часа. Сознание того факта, что половина древних зданий – новоделы, мешало мне в полной мере насладиться их созерцанием и не вызывало трепета, который иногда испытываешь, прикасаясь к частице по-настоящему Древней Истории.

Массивное серое здание Национального музея смотрелось угрожающе, всем своим видом напоминая о дремучести Средних веков и святой инквизиции.

Я посетил картинную галерею, где не увидел ничего сногсшибательного. Впрочем, у меня скоро будет возможность сравнить эти картины с теми, что ждут меня в особняке коллекционера.

Чтобы избавиться от меланхолии, в которую меня попытался вогнать Национальный музей со своим мрачным внутренним двором, темными галереями и мумиями деформированных животных, я отправился по магазинам и кондитерским.