Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Что-о?

Маккензи, не дрогнув лицом, обернулся и посмотрел в зал.

Проследив за его взглядом, Кевин обнаружил там улыбающихся Пола Сколфилда, Теда Маккарти и Дейва Коутейна. Рядом с ними сидели женщины: Норма с Джин успокаивали Мириам. Она посмотрела на него тем же убитым взглядом, как на процессе Лоис Уилсон, отирая тыльной стороной ладони слезы со щек.

В этот миг ему показалось, что он снова очутился на том процессе. Как раз в тот момент, когда он еще только собирался приступить к перекрестному допросу свидетельницы: маленькой десятилетней девочки.

Когда еще не совершил своего непоправимого поступка. Перед ним был выбор. Что это – сон? Или он в самом деле может повернуть время вспять?

Голос судьи вернул его к реальности.

– Мистер Тейлор?"

"Он снова посмотрел на Маккензи, хранившего ту же улыбку на лице, что и остальные ""партнеры"".

Конечно, подумал Кевин. Конечно.

– Как же я не предусмотрел, – рассмеялся он. – Я должен был это предвидеть. Какая глупость. Я был совершенным глупцом, не так ли? Да? – обратился он к Маккензи.

Тот забросил ногу на ногу и обернулся к судье в поисках поддержки.

– Мистер Тейлор? – повысил голос судья.

– Ваша честь, – откликнулся Кевин, приближаясь к месту свидетеля и грозно тряся пальцем. – Мистер Маккензи является частью этого... заговора. И недаром он проигрывает все дела, за которые берется фирма ""Джон Милтон и партнеры"".

Ланген вскочил:

– Протестую, Ваша честь.

– Протест принят. Мистер Тейлор, я вас предупреждал. Говорите по существу.

А все остальное оставьте для последнего слова обвиняемого.

Кевин оглянулся на присяжных. Там его встретили по большей части растерянные и непонимающие лица. Некоторые смотрели на него с нескрываемой неприязнью. Он склонил голову. Волна непонимания обрушилась на него, точно океанский вал. Отец Винсент, священник... Он его последняя надежда.

Кевин вызвал отца Винсента.

Маленький человек выглядел необычно – в двубортном костюме и при галстуке. Теперь он более походил на психиатра, и менее всего – на священника.

– Отец Винсент, расскажите суду суть нашей беседы о Джоне Милтоне.

– Боюсь, что тем самым я буду вынужден открыть медицинскую тайну.

– Тайну священника, вы хотите сказать.

Отец Винсент развел руками, вежливо улыбаясь и давая понять, что на суде он выступает исключительно в роли психиатра.

– В любом случае вы можете смело говорить обо всем.

Отец Винсент вопросительно посмотрел на судью.

– Вы имеете право отказаться, конечно...