Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Повернувшись, я протянул руку, и Лора тут же передала мне заверенную копию, подписанную Эдвардом Харроу, где он излагает свою волю о принятии Анны Холлт в семью Харроу и дарует фамилию Харроу, как того требовал закон.

— Как видите, все формальности соблюдены, — произнес я, передавая документ приставу, чтобы тот, в свою очередь, отдал его судье.

По прошествии минуты, которая потребовалась тому на то, чтобы просмотреть преданную бумагу, судья заговорил.

— Документ составлен верно и с соблюдением всех формальностей.

— Ваша честь… — начал было Захария, но тут же напоролся на строгий взгляд судьи.

— У вас есть доводы, которые могут опротестовать это? — спросил он.

— Я…

— Доводы, мистер Смит, — повторил судья. — Потому то, что я вижу здесь, полностью соответствует нашим законам. И, как бы вам ни было печально это признавать, но этот молодой человек прав. Данный закон, пусть и устаревший, всё ещё действует. Прецеденты, приведенные в обоих случаях, имеют место.

Я ощущал его растерянность.

Ну ладно. Не растерянность. Скорее недовольство от того, что мы лупили его по морде фактами, от которых он не мог так легко отмахнуться.

Тем не менее, что-то не давало мне покоя. Было ли дело в неприятной, отдающей недовольством решимости самого Смита, или же в злом выражении самого Генри. Я ощущал, что что-то не так.

— Нет, ваша честь, — заявил Смит.

— Тогда я прошу вас занять свои места, — произнёс судья.

Мы так и поступили, вернувшись за свои столы. Бросив короткий взгляд в ту сторону, где сидели землевладельцы, я заметил, как некоторые из них тихо переговаривались друг с другом.

Жаль, что я не мог чувствовать эмоции всех, а только двоих из них. Но вроде бы, если верить собственной силе, они, если и не были на нашей стороне, то сейчас испытывали, скажем так, нечто нейтральное.

— Похоже, что всё не так плохо, — негромко сказал я сидящей рядом со мной Анне. — Не переживайте. Мы пока ведём по очкам.

Женщина лишь кивнула, ничего не сказав. А вот Лора явно испытывала больше энтузиазма.

— Отлично выступил, — шепнула она мне. — Если всё пойдёт так и дальше, то мы их прикончим.

— Да, — неохотно согласился я. — Если так будет и дальше, то да. Добьём.

И повернулся к Анне.

— Вы всё ещё не решились? — спросил я её.

— Я боюсь, что если сообщу о беременности, то это поставит моего сына под удар, Александр, — негромко произнесла она, и в её голосе слышался искренний страх."

"— Анна, сейчас мы ведём в деле.