Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И этому были свои причины.

Легко увидеть такое - и понять неправильно. Легко увидеть в смирении падение, поверить, что падение необратимо.

Скол совершил эту ошибку в самом начале. Как и Умирающий Бог, считающий, что мысли Скола несут истину.

Она опустила взор, увидела, что слезы не потекли по его лицу, что он ждет появления Скола с вестью о трагической случайности. Араната кивнула и отвернулась, изображая, что спит.

Где-то за пределами лагеря ждала душа, недвижная, как испуганный заяц. Грустно. Араната глубоко любила Кедевисс, восхищалась ее умом, ее чувствительностью.

Почитала ее преданность Нимандеру - даже если Кедевисс сомневалась в причине смерти Фаэд, она видела, что тайна Фаэд до сих пор подавляет Нимандера.

Если тебе удается сохранить верность, поняв всё, зная жестокую истину - перед тобой открываются все тайны сочувствия.

“Кедевисс, ты - чудный дар. А теперь твоя душа ожидает, как и должна. Ибо это участь Тисте Анди. Наша судьба. Мы должны ждать.

Пока не окончится ожидание”.

***

Эндест Силан стоял спиной к восходящему солнцу.

И к городу, к Черному Кораллу. Воздух был свеж, в нем еще веяло дыхание ночи; вьющаяся вдоль Залива дорога казалась тусклой бесцветной лентой. В полулиге к западу она пропадала в зарослях черного можжевельника. Никакого движения.

Покров навеки опустившейся на город темноты задерживает солнечные лучи - только склоны холма справа от них исчертили золотистые полосы, да белой стала дымка над темной гладью Залива.

- Будут, - сказал Аномандер Рейк, - неприятности.

- Знаю, Лорд.

- Непредвиденные осложнения.

- Да, будут.

- Я пойду пешком, пока не достигну леса. Вне чужих глаз. По крайней мере пока.

- Вы ждали слишком долго, Владыка?

- Нет.

- Тогда все хорошо.

Аномандер опустил руку на плечо Силана:- Ты был другом, которого я не заслуживаю.

Эндест Силан сумел лишь покачать головой в отрицании."

"- Если приходится жить, - продолжал Аномандер Рейк, - приходится принимать риск. Иначе жизни наши не будут отличаться от смерти. Не бывает борьбы слишком тяжелой, слишком неравной, ведь даже проиграв - если мы проиграем - мы будем знать, что жили.

Эндест кивнул, ибо способность говорить покинула его. Наверное, по лицу текут слезы - но душа высохла - внутри черепа, за глазами… сушь. Отчаяние - горн, выжигающий все, оставляющий только золу; однако жар остается даже в золе, раскаленной, потрескивающей, огненной.

- День начался. - Рейк отвел руку, надел перчатки. - Прогулка по дороге… я буду наслаждаться, друг мой.