Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Там среди прочих «удов» в гордом одиночестве красовались три заветных буквы — «отл».

Ебануться

Ебануться. Просто взять и ебануться. Головой об стену. Наверное, в лесу сдохло что-то ну очень большое, раз ебанат с турфака сдал на отлично экзамен. Вполне возможно, что не без бабла, но Валик почему-то был уверен, что без него. Ему казалось, что Макар из тех людей, которым процесс достижения результата важен не меньше самого результата.

И что там Валик говорил про леденцы?..

Зачем он это, блядь, сказал?

Весь день он проходил в подвешенном состоянии — чувство было такое, будто пообещал Антону сходить на концерт корейцев, а потом осознал всю глубину понятия «бойз-бенд» и теперь сливается, оправдываясь, что у него заболела сестра и ее не с кем оставить.

Собственно говоря, так оно в прошлом году и случилось, и Антон пошел на концерт с Калмыком, который потом спросил: «Мож, хуйнем мне тоже волосы в мятный цвет?» Антон поржал и сказал, что он и так секси и мятный к его казахской морде точно не подойдет.

Только оранжевый.

— Там телки в обмороки падали, — сообщил Калмык ошарашенно после концерта. — Антон тоже в штаны сыкнул от радости.

— Не пизди! — заорал тот в ответ. — На меня лимонад пролила какая-то малолетка. Сам прыгал как козел алтайский, еще выебывается!

Макар позвонил ближе к вечеру, но Валик не ответил, и тогда он написал:

«Слышь чё, умник».

«Ну?» — отправил Валик со вздохом.

«Чего не отвечаешь?»

«Я готовлюсь. На следующей неделе всероссийская олимпиада по химии, а я еще не все вопросы проработал».

«А у меня родаки только послезавтра прилетают».

«И?»

«И)))»

В голове тут же всплыли слова Макара о том, какой у него сладкий голос, когда он стонет, и Валик облизнул пересохшие губы.

«Я правда очень занят. Давай ты после олимпиады ко мне подкатишь, ок?»

Макар сообщение прочитал, но ничего пока не писал. Ответил спустя минут пять:

«Не ок. Валечка, я ж не отъебусь».

«Тогда извини», — быстро напечатал Валик и выключил телефон.

На месте не сиделось, потому он помог Варе сложить игрушки, потом постоял под холодным душем, пытаясь прийти в себя и собрать разбегающиеся мысли. Но и спустя час сосредоточиться хоть на чем-то не удалось, и он сидел, тупо пялясь в книгу.

— Валёчек, вынесешь мусор? — заглянула в комнату мать, и он с готовностью подскочил."

"Накинул куртку и, как был, спустился в лифте. Только выходя из подъезда, заметил, что идет по снегу в домашних тапках.