Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но мы можем в какой-то мере понять, почему он этого не сделал. Однако тот факт, что он принимает одно неверное решение за другим, вызывает подозрения и играет не в его пользу.

Сделав выбор в пользу такого финала, сценаристы полностью оправдывают наши ожидания, создавая представление о темной стороне человеческой натуры и воплощая свой взгляд на систему уголовного правосудия в стилистике неонуара. Сценаристы задают драматический вопрос в первом эпизоде и подпитывают его на протяжении всего сериала, а затем дают осмысленный ответ в финале.

Они дают обещание и выполняют его.

ЭмоциональныйКогда мы видим Наза в последней сцене, становится понятно, что от него прежнего ничего не осталось, кроме внешней схожести. Он держится отстраненно от своей семьи. Курит героин из трубки. И его преследуют воспоминания об Андреа. Он сидит один на пляже на том же месте, где они сидели вместе в их первую и последнюю ночь. Он представляет себе, как она появляется рядом. На общем плане Наз выглядит крошечной фигуркой, сидящей в одиночестве у воды под мостом.

Наивный ребенок, которым он был, перспективный ученик, любящий и преданный сын – все это безвозвратно осталось в прошлом. Теперь он навсегда останется под подозрением, и его будущее выглядит беспросветным.

СамобытныйВесной 1996 года в интервью журналу Paris Review один из авторов сериала Ричард Прайс сказал, что он часто думает о поговорке «Если Бог кого-то ненавидит, он исполняет самое сокровенное желание этого человека». До того как Наз встретил Андреа, его самым сокровенным желанием было переспать с красивой девушкой.

И вот его желание исполняется, и это разрушает его жизнь. В сущности, это ключевая причина, по которой данная концовка оказалась такой удачной. Она полностью соответствует замыслу писателя. Идея, выраженная в этом рассказе, жила в его голове более двадцати лет. Если посмотреть интервью с Зеллианом, получившим премию «Оскар» за лучший адаптированный сценарий к фильму «Список Шиндлера» (Schindler’s List, 1993), то можно понять, что у этих авторов внутри много мрачной энергии.

Конечно, определение того, что является самобытностью, а что нет, – это занятие, сильно отдающее субъективизом, но, я думаю, будет справедливо сказать, что сценаристы этого сериала чувствуют себя вполне комфортно, исследуя темную сторону жизни, и им куда интереснее работать в неонуаре, чем сочинять легкую комедию.

ПОПРОБУЙТЕ САМИСледующие рекомендации помогут вам обдумать и реализовать этот принцип.