Предполагалось ударами по сходящимся направлениям силами 2-й танковой армии генерал-полковника Рудольфа Шмидта с юга и 9-й армии Вальтера Моделя с севера срезать выступающую на запад дугу. Окружение советских войск в районе Сухиничей стало бы, во-первых, тяжелым ударом по Западному фронту, а во-вторых, позволяло выпрямить фронт правого крыла группы армий «Центр».
Назначенные сверху даты начала операций были скорее благим пожеланием. Кто начнет первым и захватит в свои руки инициативу, должно было показать время. Облетая на биплане У-2 тыловые районы 20-й армии, ее начальник штаба Л.
М. Сандалов с тревогой смотрел вниз. Позднее он вспоминал: «На всех путях виднелись неподвижные, застрявшие на размокших от дождя дорогах машины только выносливые лошади медленно, с трудом тащили по грязи повозки с грузами». Из-за дождей начало наступления Западного фронта откладывалось. Первым 30 июля начал наступление Калининский фронт И.С. Конева. По плану операции 30-я армия должна была «к исходу второго дня операции овладеть Ржев».
Командующий артиллерией фронта генерал-полковник Н.М. Хлебников вспоминал: «Две первые позиции главной полосы обороны противника были разрушены, войска, их занимавшие, – почти полностью уничтожены». К концу дня фронт был прорван, однако у Вальтера Моделя еще были резервы. По железной дороге из Сычевки была подтянута 6-я пехотная дивизия (6. Infanterie-Division)."
"Сражение на подступах к Ржеву стало принимать характер позиционной «мясорубки», когда днями и неделями шли бои за небольшие населенные пункты и даже отдельные высоты.
К северу от Ржева таковыми стали деревня Полунино и высота 200. Один из участников летнего сражения под Ржевом с немецкой стороны, командир батальона Хоке позднее следующим образом описал один из тех боев: «Мы двигались к передовой в рассыпном строю. Адский огонь артиллерии и минометов противника обрушивался на наши траншеи. Плотные клубы дыма закрывали от нас передовые позиции. Невообразимо, это количество артбатарей и ракетных установок всевозможных типов, неописуемый звук «катюш».
Как минимум от 40 до 50 «сталинских органов» стреляли одновременно. Бомбардировщики и истребители-бомбардировщики приходили и уходили с резким звуком своих моторов. Мы никогда еще не видели такого в России. Бог знает при этом, что у нас за плечами уже было тяжелое прошлое. Но, кажется, что наиболее тяжелое нас еще ожидало. Мы перебегаем от воронки к воронке, чтобы укрыться от осколков снарядов. Еще 500 метров до первой траншеи.
