Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"У опустыненных территорий значительно увеличивается отражающая способность. Пески с ненарушенным, хотя и слабым растительным покровом в засушливом районе имеют альбедо 0,25, а оголённые развеваемые пески – 0,37. При замене саванны пустыней альбедо возрастает от 0,16 до 0,35. Увеличение прозрачности воздуха усиливает солнечную радиацию, а также иссушение почв, которые легко подвергаются ветровой эрозии или засоляются.

Каменные пустыни могут иметь тёмную поверхность с альбедо немногим ниже, чем луг или лес.

Но, поглощая солнечную энергию, пустынные земли переводят её только в тепло из-за отсутствия почв и растений. Нагретые горные породы быстро отдают его, вызывая резкие перепады температур ото дня к ночи.

Альбедо земной поверхности

В умеренном поясе техногенное изменение почвы и растительности приводит к аналогичным результатам. Превращение леса в пашни и луга увеличивает альбедо с 0,12 до 0,15 летом и с 0,25 до 0,6 зимой.

Итак, контрасты погоды и климата во многом зависят от местных факторов, на первый взгляд незначительных.

Что особенного в том, что рано выпал снег? А в результате резко падает температура воздуха и рано наступает зима. Долго нет снега – и продолжается осень в наших краях до начала января.

При всём этом техногенез безусловно влияет на климат. Повышение средней температуры воздуха нижних слоёв тропосферы на 0,8 °C в ХХ веке – слишком высокая скорость для естественных процессов. Ранее в истории Земли такие изменения происходили в течение тысячелетий.

В последние десятилетия средняя температура воздуха менялась ещё быстрей: 0,3–0,4° за 15 лет!

Глобальная система климата обладает высокой степенью устойчивости. Чтобы вывести её из стабильного состояния, необходимы значительные внешние силы или внутренние преобразования. Астрофизики давно бы обнаружили космические факторы глобального потепления. Раз этого не произошло, приходится ограничиться поисками земных причин.

Есть мнение, что глобальные перестройки климата являются следствием завершения последнего оледенения, остатки которого сохраняются в Антарктиде и на крупнейшем острове планеты – в Гренландии. Ничего более определённого в этой связи сказать нельзя. Предположение без веских доказательств нельзя считать научной гипотезой. Но оно заслуживает внимания по другой причине.

Природные условия Гренландии наводят на некоторые соображения.