«Чернокожие убеждены, – пишет Мелланд, – что это существо живет еще и в наши дни».
Мысль о том, что один из птерозавров мог просуществовать вплоть до недавнего времени, очень взволновало натуралиста. Он считал, что этот факт не может быть выдумкой, потому что описание монстра у представителей нескольких селений в точности совпадало, но все же это противоречило современной палеонтологии, ведь в нынешнем климате даже в Африке птеродактиль мог получить смертельное охлаждение. А о том, что летающие рептилии не имели перьевого покрова, свидетельствовали их отпечатки в слоях юрского и мелового периодов.
Так, может, у этих странных созданий была шерсть? На огромном хвосте птерозавра – рамфоренка – были обнаружены следы волосяного покрова и сальных желез. И Мелланд предположил, что речь скорее всего идет о нем. «Болото Джиунду – очень подходящее место для жизни подобной рептилии, – писал натуралист, – оно занимает около 50 квадратных миль сплошных болот, образованных внутренней дельтой реки Джиунду, распадающейся на множество каналов и речушек, объединяющихся дальше в кристальной чистоты поток.
Все болото покрыто плотной растительностью: длинные стволы заросли лианами и папоротниками. Для конгамато это был бы идеальный дом». Трудно не поверить Мелланду – члену Лондонских королевских антропологического, географического и зоологического обществ.
Подтверждает сведения туземцев и полковник Питман, побывавший в Северной Родезии в 1942 году: «Я слышал о мифическом животном, которому приписывают мистическую силу, способность причинять смерть тому, кто на него смотрит, и которое очень меня заинтересовало.
Говорят, что оно некогда обитало и, возможно, все еще обитает в густо заросшей местности вблизи от границы с Анголой и Конго. Взгляд на него влечет за собой смерть. Но самой загадочной чертой этого животного является его сходство с летучей мышью или птицей. Оно странным образом напоминает доисторического птеродактиля. Откуда взялись у примитивных африканцев столь точные представления?»
Довелось повстречаться с конгамато и Айвену Сэндерсону, имя которого знакомо каждому зоологу.
В 1932–1933 годах он возглавил экспедицию Британского музея в Камеруне. Однажды Сэндерсон со своим товарищем находился в горах Алзумбо и отправился вверх по реке, где ученый подстрелил большую летучую мышь. Она упала в воду и ее пришлось оттуда доставать. Внезапный возглас товарища: «Берегись!» спас Сэндерсону жизнь.
