Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Зайдите ко мне…»

Сразу возникает вопрос: «Так когда это стало известно: «во второй половине дня 21 июня» или «около 11 часов вечера»?»

Читаем страницу 299 дальше:

«…Через несколько минут мы (с контр-адмиралом Алафузовым. — С.К.)уже поднимались на второй этажнебольшого особняка, где временно находился кабинет С.К. Тимошенко.

Маршал, шагая по комнате, диктовал… Генерал армии Г.К. Жуков сидел за столом и что-то писал…

Семен Константинович… не называя источников, сказал, что считается возможным нападение Германии на нашу страну…

Жуков встал и показан нам телеграмму, которую он заготовил для пограничных округов (хронология адмирала Кузнецова плохо согласуется с другими данными, но… — С.

К.). Помнится, она была пространной — на трех листах (а выставляемая ныне на всеобщее обозрение «директива № 1» весьма кратка. — С.К.). В ней подробно излагалось, что следует предпринять войскам в случае нападения гитлеровской Германии.

Поворачиваюсь к контр-адмиралу Алафузову:

— Бегите в штаб и дайте немедленно указание флотам о полной фактической готовности номер один…»"

"Адмирал Кузнецов, сообщая это, похоже, не понял, что фактически сам развенчивает свою «заслугу» — ведь пресловутый приказ он отдал тогда, когда затягивание с его отдачей было бы равносильно измене.

Причём контр-адмирад Деревянко со ссылкой на рассказ своего старого сослуживца капитана 3-го ранга В.А. Ерещенко, который в ночь нападения был оператором в штабе ЧФ, сообщает, что нарком Кузнецов (не Алафузов) позвонил в штаб Черноморского флота по ВЧв первом часу ночи и, приказав переводить флот на оперативную готовность номер один, прибавил, что телеграмму об этом начали передавать из Москвы в 23.

50 21 июня.

Но и это ещё не всё! Читаем страницу 300:

«Позднее я узнал, что Нарком обороны и начальник Генштаба были вызваны 21 июня около 17 часов (сам Жуков неопределённо указывает «вечером 21 июня». — С.К.) к И.В. Сталину. Следовательно, уже в то время… было принято решение привести войска в полную боевую готовность и в случае нападенияотражать его.

Значит, все это произошло примерно за одиннадцать часов до фактического вторжения врага на нашу землю».

И опять возникает вопрос: «Что имеет в виду Кузнецов, написав «это произошло»?»

За одиннадцать часов до нападения «произошла», как я понимаю, последняя (но — если я был прав в ранее приведённой реконструкции событий — не первая) санкция Сталина на приведение войск в боевую готовность.