Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Впрочем, уже с 10 июля 1941 года для дневника генерала Гальдера характерны такие вот записи по группе армий «Север»: «Сопротивление противника… усилилось» (10 июля); «…сильные арьергарды противника при поддержке танков и авиации оказывают упорное сопротивление танковой группе Гёпнера» (11 июля) и т. д.

И как раз 10 июля были созданы три Главных направления, в том числе — Северо-Западное (Северный и Северо-Западный фронты, Северный и Балтийский флоты). Причём Ворошилову досталось нелёгкое направление (хотя какое тогда было лёгким?) после первых неудач Северо-Западного фронта…

В целом замена Ворошилова Жуковым была тем не менее оправданна.

Однако надо знать, что Жукову крупно повезло, хотя о том тогда не знали ни он, ни Сталин, ни Ворошилов… Повезло в том, что назначение Жукова совпало с решением Гитлера в начале октября 1941 года прекратить штурм русской северной столицы и перейти к её блокаде. То есть войска истощили немцев под руководством — как ни крути — Ворошилова. А Жуков во многом лишь пожал плоды коллективных усилий двух месяцев.

На это обстоятельство указывает в своей книге «Беру свои слова обратно (ага, как же! — С. К.)»даже «Суворов»-Резун. Он, правда, при этом очень уж мажет грязью Г.К. Жукова, но даже Резун не смог умолчать о том, что Жуков тоже оскорбился за Ворошилова.

Да, такое было. И в сборнике документов «Георгий Жуков» издания 2001 года приведено писымо Георгия Константиновича секретарю ЦК КПСС Демичеву от 27 июля 1971 года, где маршал писал:

«…В романе Чаковского, посвященной (так в тексте.

— С.К.)Ленинградской блокаде, имеется ряд прямых нарушений в описании действительности, искажений фактов и передержек, которые могут создать у читателя ложные представления об этом важнейшем этапе Великой Отечественной войны. Небрежно оперируя фактологическим материалом, А. Чаковский, например, рисует картину заседания Военного совета фронта. Только в угоду дешевой сенсации, желанием произвести внешний эффект я могу объяснить это вымышленное, несоответствующее действительности описание сцены отстранения от должности Маршала К.

Е. Ворошилова и мое вступление в должность командующего Ленинградским фронтом. В действительности не было ничего похожего и подобного! Передача эта происходила лично с глазу на глаз. На заседании Военного совета секретари райкомов не присутствовали. Маршал К.Е. Ворошилов уехал из Ленинграда через двое суток, подробно введя меня в курс дел. Никаких переговоров со Ставкой не велось, т. к. не было проводной связи.