Звездная тень читать онлайн

– Петя, дай-ка мне Зерно,– сказал дед.

Я вздрогнул.

– Пит…

– Это… мое…

Слова вырвались сами. Дед переглянулся с Машей. Данилов кивнул, словно и не ожидал ничего иного.

– Ты не дашь Зерна… на время… своему деду? Своему наставнику? Пит?

Рука задрожала, будто что-то взорвалось во мне, схлестнулось, сошлись две неукоснительные нормы, и одна должна была капитулировать…

– Н-н-на…

Я стал заикаться, когда протянул деду раскрытую ладонь. Крепкие пальцы взяли Зерно, покрутили…

– Я вот ничего не чувствую, Петя,– добродушно сказал дед.

Я не ответил. Я пожирал Зерно глазами. Оно было мое, оно даровано мне, и выпускать его из рук… Как там, в старой сказке про волшебное кольцо? «Моя прелесть»…

– Почему Тень отдалась тебе? – риторически вопросил дед.– Отдалась и покорила? Почему я… Пит, я ведь Землю люблю не меньше твоего… почему я ничего не чувствую?

– Не знаю…

Меня начала бить дрожь.

Где-то, в дальнем уголке сознания, я понимал: со мной творится что-то странное. Но не было сил вдуматься.

– Пит… возьми. Не хочу, чтобы ты так меня смотрел.

Наваждение схлынуло, едва Зерно упало в мои руки. Переведя дыхание, я почувствовал, как краска стыда заливает лицо.

– В чем дело? Ты можешь объяснить, Пит? Почему?

– Да… наверное,– сказал я, неожиданно для самого себя.

Слова не рождались, они всплывали из памяти, где так надежно были похоронены:

– Но тень твоя тень

на этой стене

что ни день

караулит каждый мой миг

И тень моя тень

на стене пустой

немо

приглядывает за тобой

Дед кивнул. Морщась, как от удара. Прошептал:

– Ах, какой это был регрессор, Петя. Лучший регрессор Геометров. Дурачки… как же они такого не оценили…

В глазах его жила боль. И она била меня наотмашь – потому что нет большей боли, чем боль Наставника… Мне очень хотелось, чтобы он понял.

– две наши тени бегут как псы

друг за другом бегут как псы

рядом с тобой рядом со мной

спущенные с одной

цепи

две наши тени два верных пса

ненавидящие тебя и меня

вс терпеливее день ото дня

вс голоднее день ото дня"

"– Вот как ты проходил Вратами, Пит,– лицо деда дрогнуло в муке.