Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Она с благоговением посмотрела на меня. – Рид, тебе подвластно колдовство.

Я хотел возразить, опровергнуть это, но тут же захлопнул рот. Такое невозможно. Лу говорила мне, что этого не может быть. Однако вот он я. Осквернен. Запятнан ворожбой и ее вечной спутницей – смертью.

Несколько напряженных секунд мы смотрели друг на друга.

– Как? – В моем голосе послышалось больше отчаяния, чем мне бы хотелось, но ответ был нужен мне больше гордости. – Как такое могло произойти?

Благоговение в ее глазах угасло.

– Не знаю.

Похоже, неизбежная смерть Лу пробудила это в тебе. – Мадам Лабелль сжала мою ладонь. – Я знаю, как тебе тяжело принять подобное, но это изменит все, Рид. Ты первый, но что, если на свете есть и другие? Вдруг мы ошибались, полагая, что нашим сыновьям чуждо колдовство?

– Но ведьм мужского пола не бывает. – Даже я сам услышал, как неубедительно прозвучали эти слова.

Грустная улыбка коснулась ее губ.

– И все же вот он ты.

Я отвернулся, не в силах вынести жалость в ее глазах. Мне было тошно.

Казалось, меня обманули, обесчестили, предали. Всю свою жизнь я ненавидел ведьм. Охотился на них. Убивал. А теперь, по воле жестокой судьбы, я сам оказался таким же.

Первым в своем роде.

Если на свете есть бог, у него или у нее дерьмовое чувство юмора.

– Она поняла? – Мадам Лабелль понизила голос. – Моргана?

– Понятия не имею. – Я закрыл глаза, но тут же пожалел об этом. Слишком уж много лиц разом привиделись мне во мраке сомкнутых век. Особенно одно. С широко распахнутыми от испуга и растерянности глазами.

– Но шассеры видели, как я убиваю Архиепископа.

– Да, в перспективе это может создать трудности.

Я открыл глаза, и меня захлестнуло новой волной боли. Резкой и острой.

– «Трудности в перспективе»? Жан-Люк пытался меня убить!"

"– И попытается снова, уверена, равно как и ведьмы. Многие погибли сегодня, неразумно ища мести. Никто не забудет, какую роль ты в этом сыграл. Особенно Моргана. – Мадам Лабелль вздохнула и стиснула мою руку. – Также не стоит забывать и о твоем отце.

Мое сердце упало еще ниже, если такое вообще было возможно.

– А что мой отец?

– До него дойдет молва о том, что произошло в храме. Вскоре он узнает твое имя… как и имя Лу.

– Лу здесь ни в чем не виновата…

– Неважно, кто виноват. Кровь твоей жены способна стереть весь его род с лица земли. Ты правда думаешь, что кто-то – особенно сам король – позволил бы такой угрозе свободно разгуливать по белому свету?

– Но она же невиновна. – Кровь застучала в висках.