Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Звояр мог попытаться убить меня прямо сейчас, но на такой случай я уже вытянула из пояса булавочку с секретом. Надолго не задержит, магия темная, настоящая ведьминская, и диплома мне после такого не видать, зато живой уйду.

— А если шляпу забрать? — он снова оглядел меня, но в глазах загорелся уже экспериментаторский огонек, а не вожделения.

Я пожала плечами.

— Как знать, вдруг она рост настоящей сдерживает?

Некромант задумчиво потер виски.

— Но ведьма не может править государством! — заявил он.

Ох, ну вот мы и вылезли на нужную тему.

Да, теоретически я наследовала Астаросским, но в нашем… нет, теперь в их государстве всё было несколько сложнее. И если наследник не соответствовал высоким стандартам, он оставался главным… но решали тогда другие. Опять же родители мои не были старыми, и могли успеть завести нормального наследника, а не искать меня.

К тому же я же перестала соответствовать, когда сбежала. Тем не менее, знать об этом Звояру не стоит. Если он намеревается через меня влиять на моих родителей, то убивать не станет.

Пока они его не разочаруют.

Но они такие, что могут и смертельно разочаровать, так что мой план — дожить до этого момента. Что же, может Бриен и не такой дурак, что отправил им пустельгу.

— Просто ни одна ведьма не пробовала, — я пожала плечами и решила встать. Близость к отвратительным набитым сеном тюфякам меня начала нервировать.

В этот раз Звояр молча долго. Видимо, переваривал. Но хоть встать мне не мешал. Едва я поднялась на ноги, как мне на туфлю прыгнула жаба.

От света висевшего над нами огненного жара я отлично разглядела жабу. Зеленоватая словно лягушка и даже не слишком бугристая, такой она была ровно наполовину. А вторая половина была полуистлевшей, точно у моего Клемы.

Только поэтому я не взвизгнула, хотя лягушек и жаб терпеть не могу! Прикусив изнутри от напряжения щеку, я присела и протянула жабе сложенные лодочкой ладони. Желтый глаз и огонек в оголенном черепе. Я против воли вспомнила шелест голоса старухи, передавшей мне дар.

«Котеночка хочешь?..»

И я захотела. Раскопала могилу, даже не задумываясь, откуда у закопанной под клумбой бабки такой полезный котеночек. И получила. Котенка.

Пока бабка, судя по всему, зажавшая немного сил для себя, была поблизости, котенок оставался котенком. А едва последовал за мной в университет, как сделался жабом. Или лягухом. Крупным таким, но лягухом.

Вот и не показывался на глаза, маленький. Боялся, что не приму.