Нет, он не подозревал Аню в излишней болтливости, просто стены, как известно, имеют уши. Да и стенами это назвать трудно – какие-то хлипкие перегородки из тонких жердей и листьев камыша, проходя мимо хижины, можно без труда расслышать даже тихий разговор. А законы людской молвы просты: всякую информацию она трактует вовсе не в угоду истине, разве что истина слишком скандальна и способна возбуждать нездоровый интерес без всякого искажения.
Неудивительно, что несколько безобидных слов слухи превратили в спор с вождем, где Добрыне было указано на его ошибку.
Говорить, что все было не так, бесполезно – не поверят. Да и любопытно, что будет дальше. Олег уже понял, что столкнулся с проявлением оппозиции. Руслана он доселе не знал, но ничего нет удивительного в том, что бывший вождь недоволен нынешними порядками. Добрыня держал власть крепко, немалая часть решений принималась им единолично, а это вряд ли понравится тем, кто привык к более значимым ролям.
С отцом Николаем тоже все ясно: священнику очень не по нраву оголтелый атеизм вождя.
Он мог бы это стерпеть, однако не в этом случае: Добрыня думал о религии в последнюю очередь и отказался выделить даже нескольких рабочих на возведение временной часовенки. И к проекту строительства храма отнесся без малейшего энтузиазма. Поп давно уже махнул на «зятя» рукой и больше не пытался вести в молодой семье религиозную пропаганду, довольствуясь тем, что молодые хоть обвенчались без споров, но Олег помнил о старых разговорах, где нет-нет, а проскакивали наметки грандиозных замыслов.
Отец Николай воспринял все случившееся ни больше ни меньше как божественный промысел и подумывал о наведении православных порядков сперва среди землян, а далее мечтал нести слово Божье язычникам и от вождя ожидал поддержки своих замыслов. А ведь он далеко не одинок – у него небольшая, но преданная паства. Даже некоторые атеисты под влиянием переноса в новый мир стали истинно верующими, и хорошо, если православными. По левобережью, как грибы после дождя, чуть ли не ежедневно возникали новые секты и далеко не все основывались на христианстве.
"
"Наибольшее недоумение вызывал Алик. В последние месяцы он носа не высовывал из кузни, все его интересы почти исключительно вертелись вокруг молотов и наковален. Чем он недоволен, непонятно… Хотя не исключено, что ему попросту жаль кузню, брошенную на острове. За зиму ее существенно улучшили, оборудовали разными полезными приспособлениями. Вышло очень неплохо: все на месте и очень уютно.
