Запрещенные слова. Том первый читать онлайн

Мы просто стоим так, позволяя рукам притягивать нас сильнее друг к другу.

Сашкино сердце начинает стучать сильнее — я чувствую, как каждый удар отдается в мои прижатые к его спине ладони. Это длится совсем недолго, а потом он сам отступает — как-то резко и сразу на несколько шагов."

"Проводит пятерней по волосам, как будто хочет заодно «причесать» и свою резкость.

— Мне… нужно в душ. — Еще шаг назад, прикушенная с досадой губа. — Прости, воняю, наверное, как скотина.

— Нет, отлично пахнешь.

— Пчелка, ты вот ни хрена сейчас не помогаешь.

— Можешь брать любое полотенце, — быстро отвечаю я и зачем-то отворачиваюсь.

Но все равно делаю это слишком поздно, потому что все равно успеваю заметить, что его брюки — сидящие абсолютно безупречно — слишком выразительно натянуты впереди.

Слышу, как он идет в ванную. Закрывает дверь. Жду, когда щелкнет замок, но этого не происходит, а мое нутро буквально вопит: «Да запрись ты, блядь, пожалуйста!»

Я машинально застилаю диван, стараясь избавиться от мыслей о его руках на мне и о том, как приятно ощущалось его крепкое жилистое тело через футболку.

Пока Сашка в душе, быстро переодеваю пижаму на другую, почти такую же — просто чтобы хоть немного избавиться от лежащих поверх одежды воспоминаниях о его прикосновениях.

Но даже так все равно слишком отчетливо слышу звук льющейся воды.

Он заполняет квартиру. Монотонный и успокаивающий.

Убаюкивающий.

Погружающий в сон.

Глава двадцать седьмая

Воскресенье.

Солнце, наглое и жизнерадостное, уже вовсю хозяйничает за окном, пробиваясь сквозь полупрозрачную органзу штор. Я приоткрываю глаза и смотрю в белоснежный потолок, по которому бегают непонятно откуда взявшиеся разноцветные «зайчики».

Впервые за долгие-долгие месяцы не хочется сразу вскакивать.

Не хочется тянуться к телефону.

Не хочется проверять почту, чтобы убедиться, что мир не рухнул без моего ежесекундного контроля. Напоминания, планерки, списки дел — все это растворяется в утреннем свете, становясь каким-то призрачным и неважным.

Я просто лежу. Долго. Веки все еще тяжелые, словно налитые свинцом, но сознание уже лениво, по-кошачьи, потягивается, просыпаясь почти одновременно с мыслями.