Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Владелец лавки назвал его в своих записях «черным париком в египетском стиле».

— И Тобиас понял, что Аспазия бывала в этой лавке, по крайней мере однажды, — торжествующе докончила Лавиния.

Вейл вскинул брови:

— И этого было достаточно, чтобы заподозрить ее в убийствах?

— Но дело в том, что она купила свой парик Клеопатры у того единственного человека, который умер при загадочных обстоятельствах в процессе нашего расследования. Это и показалось мне не просто обычным совпадением.

— Когда вы так понятно объясняете, я все вижу совсем в ином свете, — улыбнулся Вейл.

— И продажа светлого парика два дня спустя приобрела совершенно иное значение, — продолжал Тобиас. — Как и желание Аспазии встретиться с Лавинией на кладбище. Я сам, хоть и с опозданием, вспомнил, что Пирс был левшой. Энтони и Доминик Худ это подтвердили. А если учесть, что пистолет, из которого предположительно застрелился Пирс, лежал в его правой руке, я был склонен предположить, что где-то поблизости скрывается еще один убийца.

— Тобиас рассудил, что Аспазия — единственная связанная не только с событиями трехлетней давности, но и знавшая, что мы считаем парикмахера новым Мементо Мори, — вставила Лавиния.

— А когда я добавил все это к одному странному факту, все детали головоломки встали на место.

— Какому факту? — живо спросил Вейл.

— Я никогда не мог понять, зачем убийца послал первое кольцо Аспазии. И считал, что он попросту желал бросить мне вызов. Убийца, казалось, был одержим стремлением подражать Элланду, и я думал, что он, вероятнее всего, винит меня за самоубийство последнего.

Но при чем тут Аспазия? Она твердила, что все дело в ее отношениях с Закери, поскольку они были любовниками. Признаю, трудно ожидать логических умозаключений от убийцы, но ее доводы не казались мне достаточно вескими.

— Верно, — кивнул Вейл. — Он был совершенно недвусмысленно нацелен на вас как на своего смертельного врага. К чему утруждаться, убивая любовницу брата, если только ему это не было выгодно?

— У него была причина послать ей кольцо, — ответила Лавиния.

— Это был его способ заверить, что он знает ее секреты и теперь может шантажировать сколько угодно.

— Хорошо, — кивнула Джоан, — я понимаю, почему вы, Тобиас, спешно помчались вчера к Аспазии. Но, Лавиния, что вас заставило обыскивать ее дом?

— Превосходный вопрос, — проворчал Тобиас, бросив мрачный взгляд на Лавинию. — И можете быть уверены, я сам его задавал.

— Но не для того, чтобы спокойно выслушать ответ, — вставила Лавиния.