След этот звали Володей, и показаний он уже дать не мог, поскольку скончался еще до приезда «скорой помощи». Сумароков загодя обещал своей голове все шишки, которые сможет наставить на ней начальство. Однако обсуждение проходило гладко, и даже собственно «разбор полетов» занял не слишком много времени. Сумарокову высказали претензии за попытку использования гражданских лиц, но все сошлись в мнении, что невозможно было предположить, что Таймасхан с Хамзатом за час до операции убьют Далгата и приедут на его бронированной автомашине.
О том, кто такой Далгат, в местном управлении ФСБ хорошо знали, и присматривали за этим парнем, но даже в управлении не знали, что у него автомобиль бронированный, поскольку такие машины специально не регистрируются, и каждый человек может позволить себе, если деньги есть, бронировать любой транспорт: хоть лимузин, хоть мотоцикл, хоть инвалидную мотоколяску.
Коротко обсудили и появление на месте проведения операции двух других кавказцев, которые были задержаны с поличным усилиями спецназа ГРУ.
Это оказались дагестанцы, простые бандиты, которых жена наняла для того, чтобы убили ее мужа, когда тот будет возвращаться от любовницы. Бытовая история, чуть было не ставшая кровавой. Задержание было осуществлено в самый критические момент, когда уже была поднята рука с ножом. Но удара спецназовцы не допустили. Первичный и предельно жесткий, как сами спецназовцы сказали, болевой допрос был произведен на месте и положительного результата он не дал, несмотря на умение спецназовцев проводить такие допросы, что называется, «по-горячему».
Более серьезные допросы, уже с протоколом, проводились безостановочно всю ночь. Но связи между несостоявшимися наемными убийцами и двумя опытными киллерами, пожелавшими работать на территории одного и того же пустыря, обнаружить не удалось. В результате, все материалы, что можно было передать ментам, были переданы вместе с задержанными. Они допросами и вопросами были уже настолько измучены, что менты даже звонили в ФСБ и спрашивали, что от дагестанцев надо добиться, поскольку те готовы дать любые признательные показания, лишь бы им позволили выспаться.
Но любые показания нужны были только ментам, а ФСБ требовались не показания, а информация, которой задержанные не располагали.
Это все достаточно мало касалось подполковника Судоплатова. Внимательно слушать пришлось позже, когда стали обсуждать меры поиска.
