Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А мама-то не пошутила!

Вот и обувь мужская и куртка-палатка на троих.

Я шустро поправила волосы и подкралась к кухонной двери.

– Тамара Владимировна, давайте я сам нарежу.

Я прильнула к щелочке. И правда – Кьёрн на нашей с Васей кухне."

"На громиле мой фартук, концы завязок едва сходятся на широкой спине. Мужчина ловко орудует ножом, нарезая колбасу.

– Я вообще против подобной еды, – заговорил мой маньяк. – Вредно, тем более детям, – нож завис в воздухе. – Можешь взять один кусочек, мясо уже готово.

Сейчас мама руки помоет, и мы сядем ужинать.

– Хорошо, – мой маленький гном понимающе покачал головой и стащил кусочек с разделочной доски.

Это что это происходит? – уверена, я сейчас выпучила глаза от удивления. Мой ребенок слушается совершенно постороннего мужчину, а главное, не боится, не прячется в своей комнате, как он обычно делает при незнакомых людях.

– Мам, а ты что тут стоишь? – сын застал меня за подглядыванием. – Иди руки мыть, мясо готово, – добавил, прожевывая колбасу.

– Тише, Васек! – шикнула я испуганно. – И хватит таскать колбасу, я сколько раз просила не портить аппетит перед едой? – уточнила, пряча за возмущением стыд.

– Один ма-а-аленький кусочек, – оправдался ребенок, а я, грозно зыркнув на него и вскинув назидательно палец, сбежала в ванную.

Пустила в раковину воду и, опустив крышку унитаза, присела.

Сумасшествие продолжается… на моей кухне оборотень готовит ужин моей семье, пока мама заискивающе заглядывает громиле в лицо… предательница.

Да и Васек туда же… хотя что взять с ребенка, которому требуется пример хорошего мужчины перед глазами? Он же и к Михалевскому тянется в редкие с ним встречи, а тот лишь раздражается, на любой вопрос фырчит.

“А когда это Кьёрн вдруг стал хорошим примером?” – поинтересовалась молчавшая до этого Ирэн.

– А не знаю я, – я призналась себе честно.

“Может, в тот момент, когда увидела, как на Кьёрна смотрят девчонки с работы? – спросила ехидно Ирэн. – Будто голодные волчицы на кусок мяса”.

– Скорее, ослицы…

Я тщательно вымыла руки и вытерла их о полотенце, вдохнула побольше воздуха и храбро двинулась на кухню.

– Добрый вечер, – я нашла силы поздороваться, встала в дверном проеме, уперев руки в бока. – Ты что тут делаешь? – спросила, глядя в шикарные зеленые глаза.

– Добрый вечер, Ир-р-рина, – пророкотал оборотень, ничуть не смутившись моего тона и наигранно недовольного вида. – Я готовил ужин.