Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— А ты не знаешь, где он сейчас? — спросила она, нарезая рогалик на тонкие ломтики.

— Полагаю, что у Салли, — Пэтси обратила на Кэролин взгляд своих прозрачных глаз. Кожа на лице шестидесятилетней женщины казалась упругой, гладкой, просто идеальной. — Ты так и не забыла его?

— Прошу прощения?

— Ты уже достаточно выросла, чтобы сходить по нему с ума. Научись себя сдерживать.

— Я не схожу с ума!

— В детстве ты чувствовала себя именно так.

— Но я уже не ребенок!

— Это правда. Но боюсь, что Алекс тоже это заметил.

Я вспоминаю, как в свое время все мы опасались, что Алекс может направить свои дурные наклонности на тебя. Но ведь этого не случилось, верно?

— Чего не случилось?

— Он не приставал к тебе? — прямо спросила Пэтси.

Был поцелуй, о котором она не могла забыть целых восемнадцать лет. И то, как он прижимал ее к своему молодому телу. Но ведь Алекс тоже тогда был ребенком, хотя изо всех сил пытался это скрыть.

— Нет, — ответила Кэролин.

— Ты знаешь, я всегда задавала себе этот вопрос, — продолжала Пэтси.

— После того, как он исчез, ты впала в какое-то полуобморочное состояние, стала совсем тихой и неприметной. Я все думала, может, он сделал что-то… или сказал в ту последнюю ночь? Ведь ты его видела? До того, как он сбежал?

Кэролин солгала, не задумываясь, потому что повторяла одни и те же слова в течение восемнадцати лет.

— Нет, в последний раз я видела Алекса днем на пляже.

Пэтси уставилась на нее пронзительным взглядом.

— Ты даже не помнишь ту ужасную сцену за ужином?

Кэролин покачала головой.

— А разве ты там была?

— Да, была, — Пэтси откинулась на спинку стула, вертя в руках кофейную чашку. — Я тут подумала, почему бы тебе не уехать?

— Прошу прощения?

— Я серьезно! Ты всю жизнь посвятила моей сестре, и никто не усомнится в твоих благородных намерениях. Но, может, пришло время начать собственную жизнь? К Салли вернулся сын — она больше не нуждается в твоей помощи. Пора сделать передышку, дорогая.

— Осталось не так уж много времени, Пэтси, — очень мягко сказала Кэролин.

Пэтси никогда не проявляла по отношению к старшей сестре глубокой скорби или сочувствия, но Кэролин хотелось думать, что таким образом она пытается скрыть внутреннюю боль.

— Истинная правда, — легко согласилась Пэтси, вертя в руках тяжелую серебряную вилку. — Я просто подумала, что так будет легче для тебя.

— Очень мило с твоей стороны.

Пэтси посмотрела ей в глаза.

— Я знаю, что ты обо мне думаешь, Кэролин, — тихо сказала она.