Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Прежний Тимур обязательно бы устроил допрос, что со мной происходит, но сейчас он словно стал совершенно другим: холодным, отстранённым, витающим в каких-то своих, ведомых только ему одному облаках. Он даже перестал проводить воскресенья дома, прекрываясь срочной работой, словно забыв, что я знаю его привычки как свои собственные. Он нашёл себе женщину на стороне, и она не просто очередная его любовница — это что-то большее, я была более чем уверена. Но мне было наплевать, как и раньше. Я уже приняла твёрдое решение, что уйду от него, и уже занялась поиском съёмной квартиры.

Если бы не постоянный упадок сил, давно бы уже осуществила задуманное.

Устало поднялась с кресла и обняла руками озябшие плечи. Меня бил озноб, тело ломило, видимо, поднялась температура.

Борясь с головокружением, прошла в кухню и достала из ящика аптечку, но больно ударившись локтем о дверцу, выронила коробку с лекарствами на пол. Разноцветные баночки и блистеры с пилюлями рассыпались по ламинату. Бутылочка валерьянки разбилась: жёлтые таблетки резво разбежались по кухне, прячась в самых потаённых уголках комнаты.

Ну какая же я неуклюжая!

В попытке собрать осколки порезала палец, кровь рубиновыми каплями окропила светлый пол. Порез оказался на удивление глубоким — ладонь сразу же окрасилась алым. Зажав рану, перешагнула через разбросанные лекарства и поторопилась в ванную, пока не перепачкала всё в доме. В доме, который стал для меня чужим.

Часть 142. Марго

Марго

Рита открыла дверь и тихо вошла в гостиную.

В ванной журчала вода, из-под двери лился оранжевый свет. Мама дома. Она в последнее время вообще редко куда-то выбиралась, оставив школу на попечение Веры.

Рита в который раз ощутила болезненный укол совести — мама стала затворницей из-за неё! А вдруг она любила Яна Романовича? Вдруг это было что-то большее, чем просто интрижка, а она своими руками разрушила матери жизнь?

То, что отец тоже не святой, она в этом сегодня воочию убедилась. Наверное, мама знала о его любовнице и поэтому нашла себе отдушину на стороне.

А может, наоборот… Боже, как же всё стало сложно!

Рита с тоской в сердце вспомнила своё беззаботное детство: зоопарк, семейные поездки на море, теплую папину ладонь в своей руке и ласковый мамин взгляд. А сейчас они словно зверьки разбрелись по своим комнатам — будто по норам, и каждый из них скрывает свою настоящую сущность.

Марго устало скинула балетки, сняла с плеч маленький кожаный рюкзачок.