За короля и отечество читать онлайн

Мне, видишь ли, просто любопытно стало: ведь я ее ни разу до этой недели не слыхала. Хорошо бы мои менестрели в Кэр-Бирренсуорк выучили ее. Спасибо. Пойду спрошу про нее рейгедских придворных музыкантов.

Один из менестрелей…

Неужели сам Лайлокен?

Возможно, и так, задумчиво согласилась Моргана. Однако при таком наплыве гостей в Кэрлойл как знать, кто, где и от кого впервые услышал это? Менестрели схватывают мелодии на лету, а потом их уже и не выкинешь из головы.

Что верно, то верно, невесело согласилась Бренна.

Моргана в задумчивости прикусила губу.

Скажи, твой безумец Беннинг тоже вселился в кого-то из окрестностей Кэр-Удея, как ты в меня?

Об этом Бренна еще не думала.

Вполне возможно. Да, наверное. Только я не знаю, на каком расстоянии это действовало. У нас не было возможности проверить это на опыте до того, как Беннинг убил бедного доктора Беккета.

Любопытно было бы, предположила Моргана, выяснить, кто находился тогда в Кэр-Удее, и сравнить этот список с теми, кто побывал в Кэрлойле на этой неделе.

Бренна с трудом удержалась от стона.

Да все, начиная с Арториуса, твоего свояка Анцелотиса и Медройта. И Ковианны Ним. И потом, мы не имеем никаких доказательств того, что пол хозяина обязательно совпадает с полом путешественника во времени. Беннинг мог вселиться в любого мужчину или женщину на несколько миль от Кэр-Удея. Господи, да ведь надо тогда учесть и всех слуг, что приехали с нами на юг, не говоря уже о катафрактах… Список рос с угрожающей быстротой.

Верно, согласилась Моргана, возвращаясь на конюшню.

Однако нам нужно искать другие улики. Вот, например, мне кажется, стоит обратить особое внимание на обморок Анцелотиса. Если кто-то вдруг появился в его голове как ты в моей — словно гром среди ясного неба, — стоит ли удивляться, что он без чувств полетел с лошади?

В одно короткое мгновение потрясенная Бренна свела воедино все мелкие странности в поведении Анцелотиса за последнюю неделю. Внезапно находящие на него приступы рассеянности, словно он разговаривал в уме сам с собой.

Неловкость в седле — это у Анцелотиса-то, который ездил верхом разве что не с младенчества. И, наконец, эта демонстрация боевых искусств на арене, когда он одолел Куту голыми руками. Черт, это ведь был прием из арсенала двадцать первого века!

Но ведь это наверняка умеет и твой… как его… террорист, Беннинг? Или это другой путешественник, тот воин, что по заблуждению охотится за тобой?

Этого Бренна наверняка сказать не могла.