Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вспомни, ты и от бани поначалу отнекивалась».

Пока металась между, хочу удовольствий, но последствий боюсь, Горский за меня выбрал.

Мужчина поднял за лодыжку мою правую ногу, обхватил стопу обеими руками и начал большими пальцами растирать подошву.

Мать моя женщина….

Тысяча фейерверков в одно мгновение ослепительной вспышкой бабахнули в голове. Импульсы от ноги, как маленькие шустрые змейки расползались по всему телу, одновременно и бодря, и расслабляя, и доставляя сказочное наслаждение.

Уж не знаю, какие точки Олег там нажимал, но у меня, то руки дёргались, то кончики ушей шевелились, то слюна просилась изо рта наружу, неизменным оставалось только одно, я млела и блаженно улыбалась.

Помассировав каждый миллиметр стопы и все пальчики по отдельности, Олег переключился на икры. Ощущения всё так же неописуемо приятны, но теперь от тактильных манипуляций нега не растекается по всему телу, а скапливается в одном месте, и я чувствую томительную и нарастающую напряжённость в паху.

— Олег, — обратилась к мужчине, с целью попросить закончить массаж, но в горле пересохло, и умопомрачительные ощущения с мысли сбивали, так что удалось произнести только имя.

— М-м? — Олег как ни в чём не бывало вопросительно выгнул бровь, словно в упор не замечал, как я тяжело дышала, покраснела и напряглась. — Что такое? Сильно давлю? Вот так лучше? — массируя уже бедро, спросил он.

Какой там, в ответ даже промычать не получилось, вместо этого дёрнулась и закусила губу. От прикосновения мужских рук к бедру меня словно током ударило, а вся кровь перетекла в низ живота, и теперь давит, пульсирует, а ещё заставляет желать такое, о чём даже думать и то стыдно.

— Посмотри на меня, — Горский, приподняв мой подбородок, заглянул в глаза — Если захочешь, чтобы я остановился, просто скажешь «Нет».

Олег, не прерывая зрительный контакт, сбросил на пол, повязанное на бёдрах, полотенце, вплотную приблизился, резким движением распахнул на мне простынь и пристально жадными глазами разглядывал.

Я же, как под гипнозом, сижу смирно, не сопротивляюсь, не пытаюсь прикрыться или протестовать, а только всё глубже и тяжелей дышу."

"Мужчина большим пальцем провёл по моим губам, спустился ниже и уже обеими руками с силой сжал грудь, очертил по контуру бёдра и, взяв за колени, широко развёл ноги в стороны.

Да что со мной происходит, почему голова чумная и позволяю всё это с собой вытворять…?

— Олег, — практически простонала я. — Это не правильно.