Хочу тебя любить читать онлайн

Бойка все еще не двигается. Даже когда к губам прижимаюсь. Лишь дыхание мое вбирает.

Резко размыкаю веки. Врываюсь в его глаза.

– Попробуй еще раз, – шепчу умоляюще. – Скажи еще раз! Пожалуйста, Кир!

Он медленно высвобождает руки. Осторожно стирает пальцами мои слезы. И выговаривает якобы спокойно:

– Центурион, – на самом деле с хрипотой и отчетливыми вибрациями. Дальше пауза, как точка в предупреждающем сообщении. Короткий вдох. Громкий выдох. – Я тебя люблю.

Внутри меня что-то ломается, и я… смеюсь.

– И я люблю! Люблю! Вообще снова и снова люблю... Влюбляюсь! – выдаю сумасшедшей скороговоркой.

Что там с сердцем? Его мнет и запекает жар-птица. Оно носится по всей груди, пытается сбежать. Но выхода нет.

– Влюбляешься? Что это еще, мать твою, значит? Что? Как часто?

– Каждый день!!!

– Что за… На хрен, блядь… Варя…

– Бойка! Дурак же ж… Каждый раз в тебя!!!

– Варя… Блядь… Блядь…

– А ты меня давно? Давно?

– С первой секунды. Всегда. Навсегда.

– Не может быть! – протестую, потому что и правда не верю. – Ты кривлялся, обзывался, матерился, издевался…

– Клянусь!

– Клянешься? – выдыхаю и затихаю.

– Я просто осёл, – поражено признает Бойка. И от стыда краснеет. Как мне нравится эта фишка! Такая неудержимая, настоящая, горящая... – Ну ты и так знаешь. Мудак я. Мудак.

– Знаю, знаю… – тяну задумчиво и почти довольно. А потом, наконец, смакую: – Всегда навсегда?

– Всегда навсегда, родная.

Глава 39

Не кипишуй, родная. Не на осаде.

Крепости все наши.

© Кирилл Бойко

– Вот так красиво? – кривляется Варя на камеру, то приближая, то отдаляя телефон. Раз за разом срабатывает вспышка, потому как в комнате освещение скудное. Тремся на одной подушке. Матрас поскрипывает. Я в камеру не смотрю. Только на свою Любомирову. Медленно поглощаю не просто черты, по большей части ее кожу. Как долбаный торчок, по миллиметру иду и с каждой секундой шизею от Вари все больше. – Красиво?

– Пиздец красиво… – хриплю я, прихватывая ее щеку губами.

Языком лижу. Кусаю, как псина. Играть с едой нельзя, но я именно играю. От этой игры дышать все сложнее. Раньше основным показателем и регулятором возбуждения являлся член. С Любомировой же похоть по всему организму раскидывает. Точек удовольствия миллион. С треском выдаю избыток напряжения. Верняк, даже свечусь в темноте.

– А вот так, Кир? Красиво? Ах… Приятно-приятно… – пищит забавно. У меня мурашки бегут. У нее тоже – чувствую.