Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

* * *Рецкие горцы не то чтобы считали гору Бадон проклятой, но селиться на ней не желали. Было у них такое предубеждение, передававшееся из поколения в поколение с незапамятных времен. Наверное, все же потому, что гора была вроде как божия.

Именно с нее по легендам из этого мира ушли боги.

Именно с нее время от времени спускались в долины люди, которых в древности принимали за богов. Но быстро удостоверились, что это люди как люди, хотя и не без странностей. Они вполне адекватно вливались в архаичное рецкое общество, отличались трудолюбием и храбро сражались плечо к плечу с соседями.

Через несколько поколений их потомки не отличались от других горцев своей белобрысостью.

Но примерно лет сто назад проблема вышла на государственный уровень. Тогда сошли с горы несколько чернявых небритых и странно одетых мужиков. Покрутились, повертелись и ограбили банк. На приличную сумму золотыми монетами.

Их долго егеря гнали в горы. Половину перестреляли. Но главарь с сундучком золота таки ушел. На плато богов горы Бадон.

И там как испарился. Плененные грабители звали его Камо.

Дрянь людишки оказались. Типичные бандиты, только грабящие не для себя, а для «партии», для «светлого будущего всего человечества». Больше они ни чему не были приспособлены и сгинули на каторге.

Но четыре разнообразных револьвера, снятые с убитых подстегнули оружейную промышленность империи. Вывело ее на передовые рубежи. И позволило в свое время отбиться от республиканского нашествия с их «экспортом революции достоинства».

После еще несколько таких гостей являлось с горы. Слава ушедшим богам нечасто и без злых намерений. В основном русские. Грибники. И только один француз.

Этот француз с русской девушкой попали на гору Бадон зимой на лыжах. Когда спустились с горы, то девушку не удалось спасти – настолько она замерзла в горах. Этот француз сам в полубреду последние километры до жилья нес уже ее труп. И потом очень горько плакал по ней. Познакомились они на каких-то международных спортивных соревнованиях в Москве.

Этот француз быстро освоился среди рецких горцев, удачно женился на единственной фермерской дочке и обогатил эту страну несколькими сортами сыра, которые охотно покупают в крупных городах задорого, сколько ни дай.

– Он жив?

– Нет. Уже умер. От старости. До них был еще интересный человек, который называл себя Волкодав Смерша Молас.

– Да, да… – подтвердил мои подозрения Ремидий. – Отец генерала Моласа. Отец современной военной разведки в империи.