Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Даже ботанику она не тянула, а только одно-единственное направление — ядовитые растения. Рекомендовано работать в сфере фармацевтики.

Но зачем, правда? Вот и свидетельство о заключении брака. Барон на двадцать лет старше, зато богат. У него несколько торговых центров в Москве и свой футбольный клуб. Была у барона одна пагубная привычка (если не считать Матильду), пил он, как не в себя. Каждый день к вечеру накачивался алкоголем по самые гланды. Неудивительно, что именно это и поставили в анамнезе. Цирроз печени, вызванный алкогольной зависимостью.

Но была тут и служебная записка какого-то лаборанта, написанная от руки. «Следов ядов не обнаружено, но есть подозрение, что печень разложилась от длительного воздействия неизвестного токсина. Прошу разрешить анализ». И сверху огромная печать: «Отказать».

Фотографии со Скуратовым. Фотографии на фоне Лубянки. Фотографии у нашего небоскрёба. Чудесно.

Картина вырисовывалась следующая: фон Боде прокололась с тщательно подготовленным убийством мужа. И, возможно, если бы это был рядовой барон из провинции, никто бы и не дёрнулся, но тут делом заинтересовалась СБ.

И достаточно быстро выяснила, что к чему на самом деле. А затем взяла Матильду в оборот и теперь подсунула в постель к моему отцу.

— Фу, блин, противно, — высказался я вслух и поднял глаза на бабушку, которая как ни в чём не бывало пила шампанское. — Сегодня уже поздно, но рано утром надо будет позвонить отцу, предупредить его.

— Лучше деду, — ответила Белла. — Отца твоего, судя по всему, либо на наркоте держат, либо менталист его запрограммировал на полное подчинение баронессе.

И тут у меня всё сошлось. Все нелогичные поступки Александра Державина, что были ему совершенно несвойственны.

— Да, — согласился я, убирая документы в папку, а её в свою очередь в пакет, — скорее всего, ты права.

И буквально в следующую секунду раздался ещё один звонок. Номер был мне неизвестен, но внутренний порыв заставил принять вызов.

— Никита, привет, это Арсений Громов, — заявил он запыхавшимся и совершенно не своим голосом.

— Катерина умирает! Приезжай, помоги, чем сможешь!

Я посмотрел на Беллу. Та лишь молча кивнула.

* * *

До Громовых мы добрались очень быстро. Я даже не успел придумать, как ей помочь. Если говорить откровенно, то я сам себя ещё слишком плохо чувствовал, чтобы мыслить на сто процентов трезво, рационально и эффективно."

"На подъезде к усадьбе Белла ахнула. Я проследил за её взглядом, направленным в окно и, мягко говоря, обалдел.